Добавить в избранное
  • Москва: (495) 987-4136
  • Петербург: (812) 448-5335
  • Волгоград: (8442) 98-6161
  • Регионы: (917) 330-2959
Заказ диплома на Росдипломе. Дипломные работы с гарантией качества!
Репетиторские услуги студентам!

Помощь в написании студенческих учебных работ любого уровня сложности, дипломные и магистерские, курсовые, рефераты и контрольные. Поможем решить непосильные задания и подготовить отчеты по практике. Комплексное сопровождение студента.

 

Тема: Международно-правовая защита промышленных образцов

СОДЕРЖАНИЕ
 
Введение. 2
Глава 1. Международно-правовое регулирование прав на промышленные образцы. 6
1.1. Международно-правовые акты в сфере охраны прав на промышленные образцы. 6
1.2. Понятие и природа прав на промышленные образцы. 13
1.3. Условия патентоспособности промышленного образца. 22
1.3.1. Новизна. 22
1.3.2. Оригинальность. 25
1.3.3. Промышленная применимость. 27
Глава 2. Международно-правовые системы охраны прав на промышленные образцы. 30
2.1. Европейская патентная система: история развития и современное состояние. 30
2.2. Евразийская патентная система: понятие, развитие, общая характеристика. 38
Глава 3. Проблемные теоретические и практические аспекты международно-правовой охраны прав на промышленные образцы. 47
3.1. Основные формы и способы нарушения прав на промышленные образцы 47
3.2. Международно-правовые способы борьбы с нарушениями прав на промышленные образцы.. 51
3.3. Проблемы взаимодействия национальных законодательств в борьбе с нарушениями права на промышленные образцы. Некоторые аспекты охраны прав на промышленные образцы в российском законодательстве и судебной практике. 60
Заключение. 67
Библиографический список. 69
 
 
 
 
 
Введение  
Актуальность темы дипломной работы и степень разработанности проблемы. На современном этапе развитие техники и технологии привело к широкому распространению предпринимательской деятельности, связанной с разработкой и использованием промышленной собственности (в том числе и промышленных образцов). Соответственно возросла потребность в своевременной защите промышленных образцов от незаконного их использования.
Мировое сообщество осознало такую необходимость уже достаточно давно и предпринимало шаги к совершенствованию системы защиты промышленной собственности. В этой сфере наработан уже достаточный практический и теоретический опыт. Тем не менее, развитие, к примеру, российского законодательства в данной сфере существенно отстает и уступает мировым стандартам.
Хотя проблематика данной работы является достаточно разработанной, однако в современной научной литературе отсутствует единство взглядов на проблемы формирования международно-правовой защиты прав на промышленные образцы. Неоднозначно также оценивается состояние российской практики в данной сфере.
Объектом дипломного исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере международно-правовой охраны прав на промышленные образцы, а также отношения в сфере развития и формирования российской правовой базы в этой сфере.
Предмет исследования – конкретные международно-правовые нормы, а также нормы законодательства Российской Федерации в сфере защиты прав на промышленные образцы. Предметом также являются особенности и тенденции в сфере защиты прав на промышленные образцы.
Цель исследования состоит в выработке авторской позиции по обозначенным вопросам, а также разработка конкретных предложений по совершенствованию правовой защиты промышленных образцов как на международном уровне, так и на уровне правового регулирования Российской Федерации.
Для достижения поставленной цели предполагается в ходе настоящей работы решить несколько задач:
проанализировать соответствующие международно-правовые нормы в сфере охраны прав на промышленные образцы;
проанализировать нормы российского законодательства в сфере защиты прав на промышленные образцы;
выявление особенностей правоприменительной практики в сфере защиты прав на промышленные образцы как на международном, так и а национальном уровне;
анализ основных особенностей в сфере нарушения прав на промышленные образцы;
анализ судебной практики в сфере защиты прав на промышленные образцы.
Наиболее существенные результаты, полученные лично студентом, заключаются в следующем:
выявлены наиболее общие особенности правового регулирования и правоприменительной практики в сфере международно-правовой охраны промышленный образцов;
показана необходимость совершенствования правовой базы Российской Федерации в сфере охраны промышленной собственности.
Новизна исследования состоит в том, что автором предпринята попытка обобщения имеющегося опыта правового регулирования международно-правовой защиты, а также выявлены имеющиеся тенденции и противоречия в правовом регулировании и судебной практике на современном этапе.
Теоретическая значимость исследования состоит в том, что данная работа может быть использована в качестве учебно-методического пособия в ходе изучения проблем международно-правовой охраны прав на промышленные образцы на современном этапе.
Данная работа вскрывает некоторые противоречия и несовершенство в правовом регулировании, содержит выводы о необходимости совершенствования правовой базы Российской Федерации в данной сфере.
Практическая значимость исследования заключается в том, что многоплановый и сравнительно-правовой характер данной работы, совокупность содержащихся в ней идей, положений, выводов, рекомендаций и предложений позволит использовать их в следующих целях:
выработка концептуальных направлений совершенствования законодательного регулирования сферы охраны прав на промышленные образцы;
практическая деятельность специалистов в сфере выборов способов защиты прав на промышленные образцы.
Теоретико-методологической основой работы явился диалектико-материалистический метод научного познания объективной действительности. Для достижения полноты и всесторонности охвата предмета исследования, перепроверки полученных данных и, в конечном счете, повышения достоверности выводов в процессе научной работы использовался ряд общенаучных методов: анализ и синтез, индукция и дедукция, аналогия, моделирование, исторический, логический. Познавательная цель достигалась путем использования специальных методов исследования: сравнительно-правового, лингвистического, системно-структурного.
Научно-эмпирическая база исследования. В соответствии с познавательными задачами и комплексным характером дипломной работы в качестве теоретической основы исследования использовались труды таких исследователей, как Воронцов С., Джермакян В.Ю., Казачкова Г., Лаврова Ю.В., Матевосов Л.М., Мельников В.М., Селяков В.А., Сеньковский В.В., Фелицына С.Б., Ханбеков Р.Р. и других авторов.
Фактологическую основу исследования составляют международные правовые акты, регламентирующие порядок охраны прав на промышленные образцы, судебные решения по конкретным делам.
Структура дипломной работы определяется ее целью и принятым подходом к решению поставленных задач. В соответствии с этим план работы включает введение, три главы, разбитые на восемь параграфов, заключение, список использованной литературы и нормативного материала.
В первой главе исследуются общие положения, касающиеся промышленных образцов. Раскрывается понятие промышленного образца, условия его патентоспособности, дается характеристика основным международно-правовым актам в сфере защиты прав на промышленные образцы, дается анализ природы прав на промышленные образцы.
Во второй главе исследуются вопросы формирования и развития систем международно-правовой охраны прав на промышленные образцы. делается вывод о наличии в современном мире двух основных систем: Европейской патентной системы и Евразийской патентной системы.
В третьей главе исследуются вопросы проблемного характера: о способах нарушения прав на промышленные образцы и формах таких нарушениях, о способах международно-правовой и национальной защиты прав на промышленные образцы, о национальных проблемах правового регулирования.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Глава 1. Международно-правовое регулирование прав на промышленные образцы.  
1.1. Международно-правовые акты в сфере охраны прав на промышленные образцы.  
Правовая охрана российских про­мышленных образцов в зарубежных странах, равно как и охрана зару­бежных объектов промышленной собственности в РФ, основывается на общепризнанных принципах международного сотрудничества, на­шедших отражение в международных договорах и соглашениях по охране промышленной собственности. Наибольшее значение в этом плане имеют Парижская конвенция по охране промышленной собственности 1883 года [[1]] и Договор о патентной кооперации 1970 г.,[[2]] уча­стниками которых являются десятки стран всех континентов, включая и Российскую Федерацию. Особую роль для России играет Евразий­ская патентная конвенция 1994 г., создавшая межгосударственную си­стему получения патентной охраны на территории большинства неза­висимых государств – республик бывшего СССР. Наконец, должны приниматься в расчет и другие специальные соглашения, заключен­ные рядом стран в целях улучшения сотрудничества, в частности, Кон­венция о выдаче европейских патентов 1973 г., Соглашение о создании Африканской региональной организации по охране промышленной собственности 1976 г. и т.д., которые, как правило, допускают получе­ние патентов заявителями из стран, не участвующих в этих соглашениях.
Основной целью Парижской конвенции по охране промышленной собственности, которая по праву считается главным международным соглашением в рассматриваемой области, является создание благо­приятных условий для патентования изобретений, промышленных образцов и других объектов промышленной собственности граждана­ми и организациями одних государств в других государствах. Париж­ская конвенция не предусматривает выдачи какого-либо международно­го патента, который действовал бы на территории разных государств. Для того чтобы обеспечить охрану разработки в том или ином государ­стве, ее необходимо там запатентовать. Участники Парижской конвен­ции договорились о том, что ими не будут устанавливаться никакие дискриминационные меры в отношении иностранных заявителей. Статья 2 Конвенции предусматривает предоставление им такой же охраны, которая предоставляется или будет предоставляться в буду­щем в соответствующей стране ее собственным гражданам и фирмам (принцип национального режима).
Этот ведущий принцип Конвенции дополняется рядом материаль­но-правовых правил. Наиболее важным из них является уже рассмат­ривавшееся выше правило о конвенционном приоритете, в силу кото­рого заявка, поданная в одной стране-участнице, обладает во всех других странах-участницах приоритетом в течение 12 месяцев с мо­мента подачи заявки в первой стране. Иными словами, заявителю предоставляется возможность в течение одного года (по промышлен­ным образцам – в течение шести месяцев) испрашивать охрану во всех других странах-участницах; при этом приоритет будет опреде­ляться датой подачи первой правильно оформленной заявки в одной из стран-участниц.
Кроме норм о конвенционном приоритете важное практическое значение имеют такие правила Конвенции, как обеспечение времен­ной охраны разработок, помещенных на официальных международ­ных выставках (ст. 11), свободное использование запатентованных объектов в транспортных средствах, временно или случайно находя­щихся на территории, где они пользуются правовой охраной (ст. 5), обязательное осуществление изобретений и выдача принудительных лицензий (ст. 5), независимость друг от друга патентов, выданных в разных странах (ст. 4), и др.
Договор о патентной кооперации (РСТ) имеет своей основной зада­чей облегчение подачи заявок на охрану одной и той же разработки в разных странах и сокращение дублирования в работе патентных ве­домств. Договор предусматривает возможность составления и подачи в национальное патентное ведомство так называемой международной заявки в тех случаях, когда заявитель хочет обеспечить охрану разра­ботки в нескольких странах. Подача международной заявки избавляет заявителя от необходимости оформлять и подавать заявки в каждую из стран, в которых он желает получить охрану. В страны, избранные заявителем, направляются результаты рассмотрения международной заявки, на основе которых патентные ведомства соответствующих стран, как правило, без про ведения повторной проверки, решают воп­рос о выдаче охранных документов.
Помимо кооперации в сфере проведения патентной экспертизы договор РСТ преследует цели быстрейшего распространения техниче­ской информации, а также оказания помощи тем странам, которые не в состоянии собственными силами обеспечить качественное и своев­ременное рассмотрение заявок.
Как уже отмечалось, заключив Евразийскую патентную конвен­цию, независимые государства-республики бывшего Советского Со­юза учредили новую межправительственную Евразийскую патентную организацию (ЕАПО) со штаб-квартирой в г. Москве. Органами дан­ной Организации являются Административный совет и Евразийское патентное ведомство (ЕАПВ). Административный совет, в котором на равных началах представлены все государства-члены Организации, назначает Президента Евразийского патентного ведомства, утвержда­ет бюджет Организации, а также Патентную, Финансовую и Админи­стративную инструкции, одобряет соглашения, заключенные Органи­зацией с государствами и межгосударственными организациями, и решает другие вопросы, относящиеся к его компетенции. Все вопросы рассматриваются на очередных (один раз в календарный год) и вне­очередных заседаниях Административного совета, в которых с правом совещательного голоса принимает участие и полномочный представи­тель ВОИС.
Все административные функции Организации, включая рассмот­рение заявок и выдачу евразийских патентов, выполняет Евразийское патентное ведомство (г. Москва), которое возглавляется Президентом и в штате которого каждое государство-участник имеет свою квоту.
Евразийская патентная конвенция содержит ряд материально-пра­вовых норм, которыми либо устанавливаются единые требования по ряду вопросов, либо допускается их самостоятельное решение в наци­ональном патентном законодательстве стран-участниц Конвенции. Так, ст. 6 Конвенции указывает, что Евразийское патентное ведомство выдает евразийский патент на изобретение, которое является новым, имеет изобретательский уровень и промышленно применимо. В соот­ветствии со ст. 10 объем правовой охраны, предоставляемой евразий­ским патентом, определяется формулой изобретения, а описания и чертежи могут служить только для целей толкования формулы. Со­гласно ст. 11 срок действия евразийского патента составляет 20 лет с даты подачи евразийской заявки. Эти и некоторые другие положения, решенные в Конвенции в единообразном виде, детализируются в Па­тентной инструкции, утверждаемой Административным советом. Что же касается таких вопросов, как право на подачу заявки на служебное изобретение (ст. 7), предоставление заявителю временной правовой охраны (ст. 9), ответственность за нарушение евразийского патента (ст. 13) и др., то они решаются в соответствии с национальным законо­дательством государств, участвующих в Конвенции.
В 1975 г. странами Европейского Сообщества была подписана Люксембургская конвенция о европейском патенте для стран Общего рынка, предусматривающая выдачу единого патента Сообщества. Та­кой патент действует на территории всех стран ЕС, имеет значение национального патента, предоставляет его обладателям одинаковый круг прав и налагает на них равные обязанности. Как и европейский патент, патент Сообщества может получить любой заявитель, незави­симо от того, проживает он на территории Сообщества или нет.
Рассмотрим далее некоторые специальные акты в сфере международно-правовой охраны промышленных образцов.
Первым из специально-правовых международных соглашений в указанной области следует признать Лондонский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов» (Подписан в г. Лондоне 02.06.1934).[[3]] Следует заметить, что в настоящее время Гаагское соглашение о международном депонировании промышленных образцов переименовано в Гаагское соглашение о международной регистрации промышленных образцов, о чем будет сказано несколько ниже.  Россия в данном соглашении не участвует, однако оно сыграло свою положительную роль в становлении системы охраны прав на промышленные образцы в современном мире.
Кроме того, в данной области можно назвать Гаагский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов (Вместе с «Протоколом») (Подписан в г. Гааге 28.11.1960)[[4]], Дополнительный Монакский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов (Подписан в г. Монако 18.11.1961)[[5]], Дополняющий стокгольмский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов (Подписан в г. Стокгольме 14.07.1967) с изменениями и дополнениями от 28.09.1979[[6]].
В 1973 году страны социалистического лагеря заключили звание документа Соглашение о правовой охране изобретений, промышленных, общеполезных образцов и товарных знаков при осуществлении экономического и научно-технического сотрудничества.[[7]] Соглашение распространяется на изобретения, промышленные и общеполезные образцы, созданные гражданами стран - участниц Соглашения в результате осуществления экономического и научно-технического сотрудничества этих стран:
при совместном проведении научно-исследовательских, проектно - конструкторских, технологических и экспериментальных работ в международных научно-исследовательских институтах, проектно - конструкторских организациях, совместных лабораториях и отделах, в международных научно-производственных объединениях и других международных организациях и коллективах, создаваемых на основе двусторонних или многосторонних соглашений;
при проведении сотрудничающими организациями стран - участниц Соглашения научно-исследовательских, проектно-конструкторских, технологических и экспериментальных работ в порядке кооперации, на основе разделения труда, зафиксированного в соответствующих договорах;
при проведении сотрудничающими организациями стран - участниц Соглашения координированных научно-исследовательских, проектно - конструкторских, технологических и экспериментальных работ по общему согласованному плану с целью достижения общего результата путем самостоятельной разработки отдельных тем (проведения этапов работы) со взаимным обязательством последующей передачи результатов работ для использования их в народном хозяйстве стран.
Ранее, в 1968 году было подписано Локарнское соглашение, устанавливающее международную классификацию промышленных образцов.[[8]] Соглашение вступило в силу 27.04.1971. СССР подписал Соглашение 28.05.1969, ратифицировал с заявлением (Указ Президиума ВС СССР от 30.05.1972 2968-VIII).
Статья 2 указанного соглашения устанавливает, что при условии соблюдения обязательств, налагаемых Соглашением, собственно международная классификация имеет лишь административный характер. Тем не менее, каждая страна может придавать ей юридическое значение, которое ее устраивает. В частности, международная классификация не связывает страны Специального союза в отношении характера и объема охраны промышленных образцов в этих странах.
Каждая страна Специального союза оставляет за собой право применять международную классификацию в качестве основной или вспомогательной системы.
Компетентные органы стран Специального союза будут включать в официальные документы на депонирование и регистрацию промышленных образцов и, если они официально опубликованы, – в эти публикации номера классов и подклассов международной классификации, к которым отнесены товары, включенные в промышленные образцы.
При выборе наименований для включения в алфавитный список товаров Комитет экспертов будет избегать – в разумных пределах – использования наименований, которые могут быть предметом исключительных прав. Однако включение какого-либо термина в алфавитный список не может быть истолковано как мнение Комитета экспертов по вопросу о том, является или не является указанный термин предметом исключительных прав.
Наконец, Дипломатической конференцией по принятию нового Акта Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов принят 02.07.1999 Женевский акт Гаагского соглашения о международной регистрации промышленных образцов.[[9]] Россия также участвует в данном соглашении.
Указанный акт устанавливает порядок подачи международной заявки и порядок международной регистрации промышленного образца. Кроме того, устанавливаются некоторые административные положения членства в Гаагском союзе.
 
1.2. Понятие и природа прав на промышленные образцы.  
Промышленным образцом является художественно-конструктор­ское решение изделия, определяющее его внешний вид (п. 1 ст. 6 Патент­ного закона РФ)[[10]]. Как и изобретение, промышленный образец представ­ляет собой нематериальное благо, результат творческой умственной деятельности, который может быть воплощен в конкретных материаль­ных объектах. Однако если изобретение является техническим решени­ем задачи, то промышленным образцом признается решение внешнею вида изделия. Хотя в Патентном законе РФ и дополняющих его актах это понятие более детально не раскрывается, его анализ позволяет сделать следующие выводы.
Во-первых, промышленным образцом является решение задачи, содержащее указание конкретных средств и путей реализации творче­ского замысла дизайнера. Если задача лишь поставлена, но фактически не решена, промышленный образец как самостоятельный объект еще не создан. Во-вторых, задача, решаемая с помощью промышленного образца, состоит в определении внешнего вида изделия. Под изделиями в данном случае понимаются самые разнообразные предметы, пред­назначенные для удовлетворения человеческих потребностей, кото­рые могут восприниматься визуально и относительно способны сохра­нять свой внешний вид. Внешний вид изделия может включать разные признаки, но, в конечном счете, он определяется выразительностью, взаимным расположением основных композиционных элементов, формой и цветовым исполнением. В-третьих, решение внешнего вида изделия должно носить художественно-конструкторский характер. Иными словами, во внешнем виде изделия должны сочетаться художественные и конструкторские элементы. Использование одних ли художественных средств, например, изменение цвета изделия, равно, как и одних конструкторских средств, например, изменение размера изделия, для промышленного образца недостаточно. Художественные и конструкторские элементы должны гармонично сочетаться и взаимно дополнять друг друга.[[11]]
Итак, промышленным образцом в широком смысле является любое художественно-конструкторское решение изделия, определяющего внешний вид. В этом смысле промышленными образцами могут считаться решения внешнего вида любых новых изделий, выпускаемых промышленно, которые в своей подавляющей массе нигде не регистрируются и никак не охраняются. Правовая охрана предоставляется тем промышленным образцам, которые являются новыми, оригинальными и промышленно применимыми. Указанные критерии патентоспособности, закрепленные Патентным законом РФ, соответствуют наиболее распространенным в мировой практике признакам охраняемых правом промышленных образцов.
В определении промышленного образца, которое давалось ранее действовавшим в СССР законодательством, отсутствовал признак оригинальности, но, кроме новизны и промышленной применимо содержалось указание на соответствие промышленного образца требованиям технической эстетики и положительный эффект. Исключение последних двух признаков из числа обязательных критериев патентоспособности продиктовано сходными причинами.[[12]] Вопрос о том, отвечает ли промышленный образец эстетическим требованиям и дает ли его применение положительный эффект, должен в первую очередь волновать самого заявителя. Если решение внешнего вида изделия обладает художественной и информационной выразительностью, целостностью композиции, рациональностью формы, не соответствует; требованиям эргономики и т.п., такое изделие вряд ли будет иметь успех у широкой публики. Иными словами, наличие у промышленного образца таких качеств, как соответствие требованиям технической эстетики и положительный эффект, должно устанавливаться не экспертизой, а реальным спросом на рынке изделий. Кроме того, указанные критерии, особенно первый из них – соответствие решения требованиям технической эстетики, – носили крайне субъективный характер, давали экспертам практически ничем не ограниченную возможность отклонить любое предложение со ссылкой на его невыразительность, незавершенность композиции и т.п.[[13]]
Стремление сблизить правовое регулирование отношений, связан­ных с промышленными образцами, с законодательством зарубежных стран проявилось расширении числа объектов охраны. Ранее художественно-конструкторские решения предметов галанте­реи, швейных и трикотажных изделий, головных уборов, обуви, тек­стильных материалов (кроме декоративных) регистрировались и ох­ранялись в качестве промышленных образцов по перечню этих изделий, который утверждался Госкомизобретений СССР по согласо­ванию с Министерством легкой промышленности. Патентный закон РФ снял это ограничение, допустив возможность признания промыш­ленными образцами изделий, выпускаемых всеми отраслями про­мышленности. Исключения из сферы охраны сведены к минимуму и не выходят за рамки общепринятых в мире норм. Так, не признаются патентоспособными промышленными образцами решения:
·   изделий, внешний вид которых обусловлен исключительно их технической функцией. К этой категории изделий относятся, напри­мер, гайки, болты, винты (кроме декоративных), сверла и т.п.;
·   объектов архитектуры: жилых зданий, промышленных, гидро­технических и других стационарных сооружений. Указанные объекты при наличии у них требуемых по закону качеств признаются произве­дениями архитектуры и охраняются в рамках авторского права. Одна­ко малые архитектурные формы, например решения внешнего вида киосков, палаток, ларьков, транспортных остановок, телефонных бу­док и т. п., признаются промышленными образцами в общем порядке;
· печатной продукции как таковой. Всевозможная печатная про­дукция: книги, газеты, журналы, проспекты, буклеты, рекламные лис­та, афиши и т.п. - охраняется нормами авторского права;
·   объектов неустойчивой формы из жидких, газообразных, сыпу­чих или им подобных веществ. Исключение таких объектов из сферы правовой охраны вполне понятно, так как неустойчивость их формы не позволяет придать им внешний вид с помощью художественно-кон­структорских средств;
·   изделий, противоречащих общественным интересам, принципам гуманности и морали. Под данную категорию объектов подпадают изде­лия, противоречащие общественным интересам, принципам гуманности и морали как по своему основному назначению (например, орудия пы­ток), так и по своему внешнему оформлению (например, рисунки или надписи порнографического или оскорбительного характера).
По сравнению с ранее действовавшим законодательством в переч­не объектов, не признаваемых промышленными образцами, отсутствуют, во-первых, изделия, не выполняющие утилитарных функций, в частности сувениры и украшения, и, во-вторых, изделия, внешний вид которых не обозревается в процессе эксплуатации (потребления), т.е. остающиеся невидимым и в процессе выполнения объектом, с которым они применяются, своей функции, например плата радиоприемника, электромотор холодильника и т. д.
Промышленными образцами могут быть целое единичное изделие, его часть, комплект (набор) изделий, варианты изделия. Изделие как объект промышленного образца может быть, в свою очередь, объем­ным (модель), плоскостным (рисунок) или составлять их сочетание. Объемные промышленные образцы представляют собой композицию, в основе которой лежит объемно-пространственная структура, например, художественно-конструкторские решения, определяющие внешний вид; станка, сельскохозяйственной машины, мотоцикла и т.д. Плоскостные промышленные образцы характеризуются линейно-графическим соот­ношением элементов и фактически не обладают объемом, например, художественно-конструкторские решения, определяющие внешний вид ковра, косынки, платка, ткани и т.д. Комбинированные промышлен­ные образцы сочетают в себе элементы, свойственные объемным и пло­скостным промышленным образцам, например, художественно-конст­рукторские решения, определяющие внешний вид информационного табло, циферблата часов, ковра с объемными деталями и т.д.[[14]]
Часть изделия может быть заявлена в качестве промышленного образца в том случае, если она предназначена для унифицированного применения, т.е. может быть использована с целым рядом изделий, а также обладает самостоятельной функцией и завершенной компози­цией. Например, самостоятельными промышленными образцами мо­гут быть признаны фары, различного рода ручки, седло для велосипеда и т.п. В материалах заявки, содержащей в качестве объекта промышленно­го образца часть изделия, должно быть документальное подтверждение возможности унифицированного применения этой части изделия. Это могут быть фотографии, иллюстрирующие возможность использова­ния заявленного объекта с рядом изделий, либо документальные ссыл­ки на тип (класс) изделий, для применения с которыми предназначена заявленная часть изделия, например указание на класс холодильников, для которых предназначается заявленная ручка холодильника, и т.п.
Комплект (набор) изделий может быть заявлен в качестве промыш­ленного образца, если входящие в состав комплекта (набора) элемен­ты, выполняющие самые разнообразные функции, отличные друг от друга, подчинены общей задаче, решаемой комплектом (набором) в целом. С точки зрения художественного конструирования решение всех элементов комплекта (набора) должно быть выполнено с исполь­зованием единого образного, пластического и стилистического прин­ципа формообразования. Например, как комплект изделий может быть зарегистрирован в качестве промышленного образца чайный или столовый сервиз, мебельный гарнитур, набор инструментов и т.п.
Вариантами промышленного образца могут быть художественно-конструкторские решения одних и тех же изделий (комплектов, наборов), различающихся по совокупности существенных призна­ков, определяющих одинаковые эстетические и (или) эргономические особенности изделий. Например, вариантами промышленных образцов могут быть художественно-конструкторские решения двух или несколь­ких автомобилей одной модели, отличающиеся друг от друга формой облицовки, ручек, фар; двух или нескольких стульев, отличающиеся друг от друга фактурой и цветом декоративной обивочной ткани, и т.п. Не признаются в качестве вариантов промышленного образца изде­лия, отличающиеся механическим изменением одного из несущест­венных признаков, если они не несут в себе элемента творческого переосмысления художественного образа изделия. Так, не может счи­таться вариантом промышленного образца предложение об измене­нии цвета одинаковых изделий, изменение мелких цветовых и шриф­товых обозначений на шкале прибора и т.п.
Промышленные образцы следует отличать от сходных с ними объ­ектов интеллектуальной собственности, таких, как полезные модели, объемные товарные знаки и произведения декоративно-прикладного искусства. Разграничение промышленных образцов и полезных моделей проводится по характеру решения задачи. Если промышленный обра­зец решает задачу внешнего вида изделия с помощью художественных и конструкторских средств, то полезная модель является техническим решением, относящимся к конструктивному выполнению средств производства и предметов потребления, а также их составных частей. Иными словами, полезная модель охраняет не внешний вид устройст­ва, а его техническую сущность, которая может заключаться в особой форме объекта, своеобразном расположении и сочетании его отдель­ных частей, узлов, деталей и т.п.
Некоторые изделия, например оригинальный флакон для духов, могут быть в равной степени признаны как промышленным образцом, так и объемным товарным знаком. Выбор формы охраны принадлежит заявителю. Не исключена и одновременная охрана объекта и в качест­ве промышленного образца, и в качестве товарного знака. Закон РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест про­исхождения товара. исключает признание товарными знаками лишь таких обозначений, которые воспроизводят промышленные образцы, права на которые в РФ принадлежат другим лицам (п. 2 ст. 7). Следо­вательно, самому заявителю не возбраняется зарегистрировать при­надлежащий ему творческий результат и как промышленный образец, и как товарный знак. Следует лишь учитывать, что указанные объекты выполняют различные функции, оформляются в разном порядке и заявитель при обретает в отношении них не совпадающие по сроку действия и объему права и обязанности.[[15]]
Весьма близки между собой промышленные образцы и объекты охраняемые авторским правом, в особенности произведения декоративно-прикладного искусства. Проблеме их соотношения в советской юридической литературе уделено немало внимания, од так и не было предложено достаточно четких критериев их разграничения. Как представляется, таких критериев и не существует, если только не считать ими закрепленные законом критерии патентоспособности промышленных образцов и последствия, вытекающие факта регистрации решения как промышленного образца. Иными словами, очень многие изделия, которые отвечают всем признакам произведения ДПИ, могут быть признаны и промышленными образцами. Поэтому речь может идти лишь о рекомендациях в отношении выбора возможных форм охраны конкретного изделия.[[16]]
Следует подчеркнуть, что ранее действовавшее в СССР законодательство не дпускало двойной охраны одного и того же объекта в качестве промышленного образца и произведения ДПИ. Так, в соответствии с Указаниями по составлению и подаче заявки на промышленный образец от 24 января 1985 г. экспертиза не принимала к рассмотрению заявки в отношении объектов, ранее принятых и оцененных установленном порядке по нормам авторского права как произведен ДПИ. В настоящее время данное ограничение, носившее некорректный характер с точки зрения общих положений авторского права, в законодательстве отсутствует. Это означает, что любое произведен ДПИ, отвечающее установленным в законе критериям патентоспособности, может быть признано промышленным образцом. Такое признание приводит к изменению правового режима объекта, который с этого момента определяется не нормами авторского права, а законодательством о промышленных образцах со всеми вытекающими отсюда последствиями.
 
Смысл интеллектуальной собственности состоит в том, что лицо, обладающее исключительным правом на промышленный образец, вправе использовать его по своему усмотрению. В частности, патентообладатель имеет право запретить использование промышленного образца, на которое выдан патент, другим лицам без его разрешения.
В настоящее время в России достаточно широкое распространение получила теория исключительных прав. Основу исключительного права составляет запретительная функция, позволяющая патентообладателю исключить несанкционированное использование запатентованного им промышленного образца каким бы то ни было третьим лицом. В России эта теория более века тому назад была разработана в трудах цивилиста Александра Александровича Пиленко (1873–1948).[[17]] Его юридические построения сводились к следующему. Сущность права, защищенного патентом, заключается в том, что носитель этого права может запретить всем третьим лицам:
·   подражать запатентованному изобретению;
·   самостоятельно создавать то же изобретение;
·   заявлять такое же к патентованию.
Все это в полной мере распространяется и на промышленный образец. Упомянутые правомочия создаются только выдачей патента, поскольку до выдачи изобретатель ими не располагает.[[18]]
Поскольку в большинстве случаев патентоведы выделяют в исключительном праве его запретительную функцию, придавая ей главную роль, правомочие по распоряжению запатентованным изобретением становится дополнительным к праву запрета. Вместе с тем в патентных законодательствах большинства государств, в том числе и в Патентном законе РФ (ст. 10), исключительное право сформулировано как «исключительное право на использование изобретения». При этом термин «использование» употребляется в патентном праве в более широком смысле, чем в гражданском обороте, обозначая не только правомочие пользования изобретением, но и распоряжения им.
Обладатель исключительного права получает защиту на основании государственного акта, например патента, выдаваемого патентным ведомством. Таким образом, право интеллектуальной собственности не подпадает под регулирование антимонопольного законодательства, устанавливающего запрет на ограничение конкуренции. Таким образом, исключительное право представляет собой некий вид легальной монополии.[[19]]
В этой связи становится понятным содержание на первый взгляд противоречивого положения, закрепленного во французском патентном законодательстве. Исключительное право на использование промышленного образца начинает действовать в этой стране с момента подачи заявки (ст. L. 613.1 Кодекса интеллектуальной собственности). Речь идет именно о положительной функции исключительного права, вступающей в действие с даты подачи заявки. Запретительная функция исключительного права вступает в действие значительно позже, с даты публикации сведений о выдаче патента, когда третьим лицам становится известно о чужой патентной монополии.[[20]]
 
1.3. Условия патентоспособности промышленного образца 1.3.1. Новизна  
Понятие патентной новизны состоит из двух эле­ментов: 1) из понятия данного уровня известных идей (определительный уровень); 2) из некоторого плюса, поставленного над этим уровнем определенный избыток.
Уровень, исходя от которого будет считаться новиз­на, может быть весьма разнообразным. Из наиболее высокого уровня, на практике почти никогда не применяемого, исходила бы та конструкция новизны, которая принимала бы во внимание все то, что было известным в любой момент, в любом месте, любому человеку. Новизна, превышающая доже этот уровень «известного», обыкновенного, называется абсолютной. Во всех остальных случаях, когда субъект, место или время оп­ределяются несколько уже, говорят о новизне относительной. Относительная новизна, следовательно, ис­числяется от несколько пониженного уровня: известным считается только то, что было известно при опреде­ленных условиях места, времени или лиц. То, что было известно вне указанных условий, фиксируется как бы неизвестным: получается пониженный уровень «извес­тного».[[21]]
В соответствии со ст. 54 Евразийской Патентной Конвенции[[22]] изобретение считается новым, если оно не относится к уровню техники. Уровень техники включает все, что стало общедоступ­но путем письменного или устного описания, использования или любым другим способом до даты подачи на европейский патент. Уровень техники включает также содержание заявок в первоначально поданной редакции.[[23]]
Аналогичные положения содержатся и в Инструк­ции к Евразийской патентной конвенции.[[24]] В соответствии с правилом 3 Патентной инструкции изобретение признается новым, если оно является частью пред­шествующего уровня техники.
Предшествующий уровень техники включает все сведения, которые стали общедоступными в мире до даты подачи заявки в Евразийское патентное ведомство или, если испрошен приоритет, до даты ее приори­тета. Как следует из приведенного определения, пред­шествующий уровень техники включает в себя все, что стало доступно общественности любыми законными средствами до даты подачи заявки.
Теперь необходимо выяснить, какую смысловую нагрузку несет понятие общедоступный характер сведений. Для того чтобы те или иные сведения можно было считать общедоступными, они должны законным образом быть предоставлены общественности. Таким образом, чтобы любой желающий мог ознакомиться с ними, имел возможность получить необходимую ин­формацию. При этом к общедоступным сведениям не относятся сведения, которые получены под секретом или конфиденциально в силу служебных обязанностей, например в силу проведения экспериментальных работ.
При оценке общедоступности сведений применительно к оценке новизны изобретения не имеет никого значения, был ли кто-нибудь фактически знаком с данной информацией и понял ли ее сущность. Для того чтобы считать данную информацию общедоступной, достаточно того, что она представлена таким образом, который позволял бы любому человеку, ознакомиться с ней и понять ее сущность.[[25]]
Патентной инструкцией Евразийской конвенции не определяется форма сведений, которые могут счи­таться общедоступными. Вместе с тем, исходя из миро­вой практики, предполагается, что информация об изобретении может быть представлено в виде:
а) публикации описания изобретения;
б) публичного выступления;
в) публичного использования изобретения.
Наиболее распространенным видом информации являются любого рода пу6ликации, в которых раскрыто содержание изобретения (книги, статьи, патентная до­кументация и т.д.). Публикация чертежей или рисунков также относится к сведениям, которые могут опорочить новизну изобретения. При этом необходимо, чтобы чертежи или рисунки были представлены в таком виде, который бы позволял без описания понять сущность изобретения. [[26]]
Патентным правом предусмотрены обстоятель­ства, при которых раскрытие информации, предше­ствующее подаче заявки, не влияет на патентоспособ­ность изобретения. В соответствии со ст. 55 ЕПК разглашение изобретения не принимается во внимание, если оно имело место не ранее, чем за 6 месяцев до подачи заявки на европейский патент и явилось прямым или косвенным результатом:
а) очевидного злоупотребления, совершенного в отношении заявителя или его правопредшественника.
б) того факта, что заявитель или его правопредше­стаенник поместил изобретение но официальных или официально признанных выставках в силу подписанной 22 ноября 1928 г. в Париже и пересмотренной в после­дний раз 30 ноября 1972 г. Конвенции о международ­ных выставках.
Аналогичное положение содержится и в Патент­ной инструкции Евразийской конвенции. В соответствии с правилам 3(3) Данной Инструкции не при­знается обстоятельством, препятствующим признанию патентоспособности изобретения, такое раскрытие информации, относящееся к изобретению, которое сделано самим изобретателем, заявителем или любым другим лицом, получившим прямо или косвенно эту информацию, при условии что сведе­ния о сущности изобретения стали общедоступными не ранее чем за 6 месяцев до даты подачи евразийс­кой заявки или до даты приоритета, если он испро­шен.
При этом обязанность доказывания обстоятельств раскрытия информации лежит на заявителе.
 
1.3.2. Оригинальность  
Данный критерий патентоспособности промышленного образца введен в российское законодательство впервые. Следует, правда, отме­тить, что ранее вытекающие из него требования частично выводились из других признаков охраноспособности, в частности признака новиз­ны. Так, в соответствии с Руководством по методике экспертизы заяв­ки на промышленный образец! экспертиза должна была среди прочего определить качество новизны. Необходимым условием охраноспособности промышленного образца признавался творческий характер из­менений, внесенных в заявляемый объект по сравнению с прототипом. Для творческого характера изменений считалась характерной их ори­гинальность, т.е. неизвестность в области, к которой относился заяв­ленный объект. [[27]]
Подобный подход, который следует признать оправданным по су­ществу, с формальной точки зрения, конечно, представлял собой вы­ход за пределы требования новизны. В этой связи в юридической литературе предлагалось дополнить законодательство о промышленных образцах специальным критерием, устанавливающим требования к уровню художественно-конструкторского решения Патентный закон РФ ввел такой качественный критерий под наименованием оригинальность, что совпадает с наиболее распространенным названием подобного признака в мировой практике.
Промышленный образец признается оригинальным, если его суще­ственные признаки обусловливают творческий характер эстетических особенностей изделия (п. 1 ст. 6 Патентного закона РФ). Данный признак выполняет применительно к промышленным образцам примерно ту же роль, которую играет относительно изобретений критерий изобретательского уровня. С его помощью охраноспособные промыш­ленные образцы как творческие художественно-конструкторские ре­шения отграничиваются от результатов обычной дизайнерской рабо­ты. Правовой охране подлежат лишь те решения, которые, выходя за рамки обычного проектирования, воспринимаются как неожиданные, несхожие с известными художественно-конструкторскими разработ­ками.
Проверка оригинальности промышленного образца включает, во-­первых, определение наиболее близкого аналога; во-вторых, выявле­ние существенных признаков, которые отличают заявленный про­мышленный образец от наиболее близкого аналога, и, в-третьих, выявление из сведений, ставших общедоступными в мире до даты приоритета, художественно-конструкторских решений, имеющих признаки, совпадающие с отличительными признаками рассматрива­емого промышленного образца. Промышленный образец признается соответствующим условию оригинальности, если хотя бы для одного из его существенных отличительных признаков, включенных заявите­лем в перечень, не выявлены художественно-конструкторские решения, которым присущ такой признак. Кроме того, промышленный образец признается соответствующим условию оригинальности также в том случае, когда для всех его существенных признаков выявлены художе­ственно-конструкторские решения, обладающие такими признаками, однако эти признаки обеспечивают наличие у рассматриваемого про­мышленного образца эстетических особенностей, не присущих выявленным художественно-конструкторским решениям.[[28]]
Не признаются в качестве промышленных образцов художествен­но-конструкторские решения в виде отдельно взятого простейшего геометрического объема (призматического, сферического, коническо­го и т.д.) или отдельно взятой простой геометрической фигуры; иг­рушки в виде уменьшенного, упрощенного реального объекта, несмот­ря на его новизну среди класса самих игрушек, так как специфика художественно-конструкторского решения должна быть результатом творческого переосмысления формы реальных изделий и предметов материального мира, в связи с чем они должны быть не простой ко­пией, а художественно перевоплощенным образом общеизвестных предметов. Именно в связи с отсутствием творческого характера не признаются промышленными образцами изделия, искусственно со­храняющие форму, свойственную изделиям определенного назначе­ния, но выполненные на другой технической основе (например, пласт­массовый бочонок, имитирующий деревянный); изделие, форма которого полностью заимствована без творческой переработки; изде­лие, у которого по сравнению с прототипом изменены лишь размеры и пропорции или увеличено количество элементов; и т.д.
 
1.3.3. Промышленная применимость  
Промышленный образец признается промышленно применимым, ес­ли он может быть многократно воспроизведен путем изготовления соответствующего изделия (п. 1 ст. 6 Патентного закона РФ). Данный критерий патентоспособности в наибольшей степени связан с патент­ной формой охраны промышленных образцов. Именно возможность воспроизведения, т.е. возможность изготовления копий изделия тако­го же внешнего вида, делает актуальной патентно-правовую форму охраны оригинального художественно-конструкторского решения. Если решение внешнего вида изделия практически не воспроизводимо, например, когда речь идет о высокохудожественной ручной работе, то необходимость в его патентной охране, как правило, отсутствует. В этом случае права создателя творческого результата в достаточной мере охраняются нормами авторского права.[[29]]
Ранее действовавшее законодательство считало промышленно применимыми лишь те промышленные образцы, которые были при­годны для осуществления промышленным способом при экономиче­ски целесообразных затратах и минимальном применении ручного труда. Безусловно, и Патентный закон РФ имеет в виду прежде всего те промышленные образцы, которые могут воспроизводиться про­мышленным путем. Однако закрепленное им определение промыш­ленной применимости является более широким и охватывает собой любые, а не только промышленные способы воспроизведения внешне­го вида изделия. В принципе, это оправданный подход, при котором возможно охранять в качестве промышленных образцов художествен­но-конструкторские решения внешнего вида и тех изделий, при изготов­лении которых в большой степени применяется ручной труд. Акцент делается на самой возможности многократного воспроизведения соот­ветствующих изделий, а не на способе этого воспроизведения. При этом масштабы использования художественно-конструкторского решения при признании его промышленно применимым значения не имеют. Изделия могут сознательно, например в целях поддержания высокой цены, выпускаться изготовителями небольшими партиями, что не препятствует при знанию их промышленными образцами.
При оценке промышленной применимости проверяется, конечно, и сама осуществимость заявленного промышленного образца с по­мощью описанных в заявке или известных средств, методов, материа­лов и т.д.
 
 
 
 
 
Глава 2. Международно-правовые системы охраны прав на промышленные образцы.  
2.1. Европейская патентная система: история развития и современное состояние.  
Две патентные конвенции – Конвенция о выдаче европейских патентов, принятая в 1973 году в Мюнхене, и Конвенция о европейском патенте для Общего рынка (Конвенция о патенте Сообщества), подписанная в 1975 году в Люксембурге, стали правовой основой европейской патентной системы.
Интенсивные интеграционные процессы в Европе, которые привели к созданию единого валютного и таможенного пространства в странах Европейского Союза, также кардинально изменили систему правовой охраны интеллектуальной собственности на Европейском континенте.
Как известно специалистам, с 1 апреля 1996 года в Европейском Союзе (ЕС) стало возможным регистрировать единые товарные знаки ЕС. Зарегистрировав такой товарный знак, его владелец получает защиту товарного знака одновременно в 15 странах, охватывая рынок, насчитывающий около 380 миллионов потребителей. Несомненные преимущества этой системы по сравнению с национальными системами регистрации товарных знаков привели к тому, что поток заявок на регистрацию товарных знаков ЕС превзошел все ожидания.
Тот успех, которым стал пользоваться товарный знак ЕС, послужил толчком для создания единой системы защиты промышленных образцов, а сама система защиты товарных знаков ЕС стала для нее основой. Идея унифицированной защиты промышленных образцов в ЕС впервые получила закрепление в Директиве Европейского Совета от 13 октября 1998 г., которая была направлена на гармонизацию национального законодательства стран-членов ЕС в области охраны промышленных образцов.
Эта Директива была положена в основу Положения ЕС о промышленных образцах номер 6/2002 от 5 января 2002 года. В соответствии с Положением появилась возможность защитить промышленный образец во всех странах ЕС одновременно по единой процедуре, установленной единым для всех стран ЕС актом. Так же, как и для товарных знаков, для промышленных образцов по-прежнему параллельно действуют национальные системы регистрации в каждом государстве ЕС.
Основная, пожалуй, наиболее интересная особенность системы защиты промышленных образцов в ЕС состоит в том, что она условно разделяется на две подсистемы. Одна подсистема регулирует отношения, возникающие по поводу защиты незарегистрированных промышленных образцов ЕС, другая – зарегистрированных. Если первая подсистема действует уже с 6 марта 2002 года, то вторая вступает в силу с 1 апреля 2003 года.
Первая система была создана специально для тех промышленных образцов, которые, как правило, пользуются спросом довольно ограниченный период времени. Такими промышленными образцами являются изделия, быстро устаревающие морально и коммерческая жизнь которых достаточно короткая. Именно поэтому прохождение довольно длительных по времени и требующих финансовых затрат формальностей, связанных с процедурой регистрации подобных промышленных образцов, нецелесообразно. С другой стороны, защита таких промышленных образцов хотя бы на этот небольшой период времени дает значительные возможности и большие преимущества их обладателями.
С этой целью незарегистрированным промышленным образцам, которые стали общедоступными на территории ЕС, предоставляется правовая охрана без выполнения каких-либо формальностей, а также без уплаты пошлин одновременно на территории всех 15 стран ЕС. Такая правовая охрана будет действовать в течение трех лет, начиная с того дня, когда промышленный образец стал общедоступным. Первое раскрытие информации о промышленном образце должно произойти в пределах территории ЕС. Так, если промышленный образец, например, был впервые продемонстрирован на выставке в России, как известно, не являющейся членом ЕС, то без соответствующей регистрации в ЕС он уже не будет защищаться на территории ЕС.
В отличие от этого, зарегистрированный промышленный образец ЕС охраняется в течение пяти лет, с возможностью четырехкратного продления регистрации на пять лет так, что максимальный срок действия регистрации промышленного образца с момента подачи заявки не должен превышать двадцать пять лет. Как видно из этого положения, зарегистрированный промышленный образец может охраняться в Европе на 10 лет дольше, чем, например, в России, где максимальный срок патентной охраны промышленного образца составляет 15 лет.
Таким образом, короткий срок охраны незарегистрированного промышленного образца – это, конечно, один из его недостатков, хотя отсутствие формальностей для получения такой охраны – большой плюс. Как зарегистрированные, так и не незарегистрированные промышленные образцы подлежат защите, если они соответствуют определению промышленного образца и двум его критериям: новизне и индивидуальности. Определение промышленного образца в ЕС значительно шире, чем в нашей стране. В качестве промышленного образца может защищаться не только внешний вид самого изделия, но его составные части, а также упаковка, оформление, графические символы и типографские шрифты. Еще одно весьма весомое новшество состоит в том, что охрана предоставляется также двухмерным и трехмерным промышленным образцам.
Как к зарегистрированным, так и к незарегистрированным промышленным образцам применяются два критерия патентоспособности – новизна и индивидуальность. Критерий новизны заключается в требовании мировой новизны промышленного образца. Однако, по действующему правилу, если заявка на промышленный образец была подана до истечения двенадцати месяцев с того момента, когда он стал общедоступным, то это обстоятельство не будет порочить его новизну.
Можно сделать вывод, что если раскрытие информации о промышленном образце впервые произошло за пределами ЕС (например, в России), то возможность защитить его в ЕС путем регистрации сохраняется в течение 12 месяцев. Кстати, в соответствии с новой редакцией ст. 35 Патентного закона РФ от 23 сентября 1992 года № 3517-1 в ред. Федерального закона от 07.02.2003 № 22-ФЗ требование, что первая заявка на промышленный образец, созданный в РФ, должна подаваться в Патентное ведомство РФ, отменено.
Особенно интересным и оригинальным представляется критерий индивидуальности промышленного образца ЕС. Промышленный образец соответствует этому критерию, если «общее впечатление, которое он производит на осведомленного потребителя, отличается от того общего впечатления, которое производит на соответствующего потребителя любой другой общедоступный промышленный образец». Понятие «осведомленный потребитель» в Положении не определено. Можно предположить, что судебная практика поможет в определении данного понятия.[[30]]
Объем правовой охраны промышленного образца также характеризуется через вышеприведенное определение. Это несомненная новелла европейского законодательства в области охраны промышленных образцов, которая еще больше сближает промышленный образец с товарным знаком.[[31]]
Если сравнить, как определен объем правовой охраны промышленного образца ЕС и промышленного образца в России, то мы увидим явные различия в подходе законодателей. В нашей стране промышленный образец охраняется в объеме совокупности «его существенных признаков, нашедших отражение на изображениях изделия и приведенных в перечне существенных признаков промышленного образца» (п. 4 ст. 3 Патентного закона РФ). Привязка объема правовой охраны промышленного образца к перечню существенных признаков, который представляется в письменной форме, появилась только в новой редакции Патентного закона РФ. Проводя аналогию с промышленным образцом ЕС, мы наблюдаем в нашей стране обратную тенденцию: в то время как Европа уходит от жесткой формализации существенных признаков промышленного образца, мы, напротив, к ней возвращаемся.
Итак, права обладателя промышленного образца в ЕС будут защищаться шире, чем в России. То есть контрафактными могут быть признаны не только идентичные промышленные образцы, но и промышленные образцы, которые производят аналогичное «общее впечатление». Кроме того, при определении объема правовой охраны, предоставляемого промышленным образцом ЕС, подчеркивается, что необходимо принимать во внимание «степень свободы дизайнера» в разработке промышленного образца. Видимо, если в силу самой природы промышленного образца значительно изменить его внешний вид невозможно, то такие изменения будут уже оцениваться не в целом, а скорее в деталях. Например, пластиковая бутылка для воды будет оцениваться не через общее впечатление, а путем сравнения отдельных деталей, таких, как форма горлышка, дна, форма, расположение и количество рельефных поперечных выступов и т.п.
Важно отметить, что при подаче заявки на промышленный образец ЕС требуется указать хотя бы одно изделие, в котором он будет воплощен или на котором он появится. В Положении подчеркивается, что такое указание никак не будет влиять на объем правовой охраны промышленного образца. Эта норма вызывает много вопросов у патентных поверенных и специалистов: действительно ли нет тесной связи между зарегистрированным промышленным образцом и изделием, в котором он будет воплощен? Например, если в качестве промышленного образца зарегистрировано изображение какого-нибудь вымышленного животного для использования на обертке конфет, будет ли эта регистрация действовать и при его использовании на коврах, обоях, одежде и т.п.? Ответов на эти вопросы пока еще нет. Возможно, что это норма так и останется декларацией. В любом случае, ответ будет дан судебной практикой о нарушении прав на промышленные образцы.
В соответствии с Патентным законом РФ заявка на промышленный образец «должна относится к одному промышленному образцу или группе промышленных образцов, связанных между собой настолько, что они образуют единый творческий замысел (требование единства промышленного образца)» (п.1 ст. 18). В ЕС такого требования нет и можно подать единую заявку на неограниченное количество промышленных образцов, если в соответствии с Локарнским соглашением, устанавливающим международную классификацию промышленных образцов (Локарно, 8 октября 1968 года), они относятся к одному классу (например, класс 17 называется «Музыкальные инструменты»). Однако если в качестве промышленного образца регистрируется украшения (“ornamentation”), то такая заявка может включать неограниченное количество классов. Можно сказать, что в Европе будет применяться особая Евро-Локарнская классификация промышленных образцов, в которой фактически появился новый класс - «украшения». Еще одна, весьма существенная особенность единой системы защиты промышленных образцов в ЕС состоит в том, что экспертиза заявки по существу в традиционном своем понимании не проводится. Экспертиза выявляет только, соответствует ли заявленный промышленный образец определению, установленному Положением, и не противоречит ли он принципам морали. Таким образом, решение о регистрации промышленного образца принимается без проверки соответствия критериям новизны и индивидуальности. Обладатель зарегистрированного промышленного образца ЕС обладает исключительными правами на данный промышленный образец, то есть он вправе использовать его по своему усмотрению и запрещать использование любым третьим лицам без его разрешения. Под использованием понимается неограниченный перечень действий, включая изготовление, предложение к продаже, продажу, импорт, экспорт и хранение с этой целью изделия, содержащего зарегистрированный промышленный образец. Это определение весьма близко к понятию использования, которое закреплено в Патентном законе РФ (п. 1 ст. 10).
В отличие от владельца зарегистрированного промышленного образца, владелец незарегистрированного промышленного образца вправе запрещать третьим лицам только его прямое копирование. Кроме того, если в отношении прав владельца зарегистрированного промышленного образца действует презумпция действительности, то владельцу незарегистрированного промышленного образца для того, чтобы доказать факт нарушения своих прав придется подтвердить, что именно он является действительным владельцем этого промышленного образца. Для этого он должен будет предоставить доказательства того, что он первый заявил о себе как владелец данного промышленного образца на определенную дату, сделав свой промышленный образец общедоступным на территории ЕС, а ответчик просто его скопировал. Однако если ответчик сможет доказать, что используемый им промышленный образец был создан независимо от истца, то такое использование не будет нарушать права владельца тождественного незарегистрированного промышленного образца.
Все споры, связанные с нарушением прав владельцев зарегистрированных и незарегистрированных промышленных образцов ЕС, будут рассматриваться специально созданными национальными судами по промышленным образцам, действующими в каждой стране ЕС. В компетенцию любого из данных национальных судов входит рассмотрение таких споров, независимо от того, имело ли место нарушение на территории только этой или нескольких стран ЕС. Это значительно упростит процедуру рассмотрения подобных споров и сделает его более квалифицированным.
Защитить промышленный образец в ЕС могут, в том числе, иностранные граждане и юридические лица, независимо от места их постоянного проживания или регистрации. Заявка на регистрацию промышленного образца подается в Ведомство по гармонизации внутреннего рынка ЕС (расположено в г. Аликанте, Испания), при этом иностранные заявители могут действовать только через зарегистрированных патентных поверенных по промышленным образцам ЕС. Для минимизации затрат по регистрации промышленного образца в ЕС заявителю из России целесообразно сначала обратиться к российскому патентному поверенному по промышленным образцам для грамотного составления заявки. Кроме того, ведущие российские фирмы патентных поверенных, в частности ООО «Союзпатент», имеют устойчивые связи с европейским патентными поверенными, через которых будет осуществляться собственно регистрация. Наличие таких связей является гарантией высокого качества услуг при минимально возможных расходах.
Подводя итог вышесказанному, можно сказать, что преимущества единой системы регистрации промышленных образцов в ЕС очевидны. В случае заинтересованности в рынке ЕС российскому создателю промышленного образца целесообразно воспользоваться описанной процедурой. Ее преимущества кратко можно резюмировать следующим образом.
Во-первых, система ЕС дает возможность защитить свой промышленный образец одновременно в 15 странах. Кстати, к маю 2004 года еще 10 стран должны войти в ЕС, после чего, как зарегистрированные, так и незарегистрированные промышленные образцы ЕС будут охраняться уже в 25 странах.
Во-вторых, имеется возможность получить охрану для промышленного образца и без его регистрации, прохождения соответствующих формальностей и уплаты пошлин.
В-третьих, промышленному образцу в ЕС предоставляется большой объем правовой охраны (значительно больший по объему и срокам, чем, например, в России).
В-четвертых, действует упрощенный процесс регистрации, включая возможность подачи комбинированной заявки на несколько промышленных образцов одновременно. Наконец, в случае нарушения за защитой прав следует обращаться в создаваемые специализированные суды по промышленным образцам, в компетенцию которых входит рассмотрение дел данной категории.
Важно отметить, что, несомненно, регистрация промышленного образца дает боле эффективную защиту, чем его охрана без регистрации. Срок охраны зарегистрированного промышленного образца существенно больше (25 лет вместо 3 лет), он предоставляет исключительные права на защиту от любого несанкционированного использования промышленного образца третьим лицом (а не только от копирования), права обладателя зарегистрированного промышленного образца считаются действительными до тех пор, пока не будет доказано обратное, и, наконец, незарегистрированный промышленный образец – это новый вид защиты, и пройдет немало лет, прежде чем в судах сложится более или менее стабильная практика по применению этой защиты.
 
 
2.2. Евразийская патентная система: понятие, развитие, общая характеристика.  
Базовым документом евразийской патентной системы является Евразийская патентная конвенция, принятая 9 сентября 1994 года.[[32]]
Статья 1 данного документа устанавливает, что Договаривающиеся государства, сохраняя за собой полный суверенитет в части развития своих национальных систем по охране изобретений, настоящим учреждают Евразийскую патентную систему.
Никакое положение Конвенции не должно пониматься как ограничение прав, предусмотренных Парижской конвенцией по охране промышленной собственности, любого гражданина страны – участницы Парижской конвенции или лица, постоянно проживающего в этой стране.
Разработка и принятие Евразийской патентной конвенции явились следствием объективных процессов патентной интеграции, происходив­ших на постсоветском евразийском пространстве. После упразднения в декабре 1991 г. Госпатента СССР и образования национальных патент­ных ведомств в бывших республиках СССР изобретатели и хозяйствую­щие субъекты были поставлены перед необходимостью подавать па­тентные заявки в каждое национальное патентное ведомство для заши­ты своих имущественных интересов в государствах – субъектах бывшего СССР. Это было связано со значительными неудобствами, по­терей времени и дополнительными расходами. Поэтому возникла идея создания, путем принятия международного договора, единого патентно­го ведомства, деятельность которого компенсировала бы негативные последствия нарушения единого патентного пространства на террито­риях вновь образованных государств.
Реальные шаги по созданию Евразийской патентной организации были предприняты в 1993 г. 12 марта 1993 г. в Москве состоялось сове­щание глав правительств государств СНГ, где было подписано Соглаше­ние о мерах по охране промышленной собственности и о создании Меж­государственного совета по вопросам охраны промышленной собствен­l1ОСТИ. Соглашение предусматривало, в частности, разработку конвенции по охране промышленной собственности открытого типа. Вскоре, однако, от идеи разработки полномасштабной конвенции, вклю­чающей ряд объектов промышленной собственности, пришлось отка­заться. На первом этапе создания межгосударственной системы право­вой охраны промышленной собственности было решено ограничиться интеграцией в области охраны изобретений.
Официальное подписание Евразийской патентной конвенции состо­ялось 9 сентября 1994 г. в Москве на заседании Совета глав прави­тельств стран СНГ. ЕАПК была подписана главами правительств Азер­байджанской Республики, Республики Армении, Республики Беларусь, Республики Грузии, Республики Казахстан, Кыргызской Республики, Республики Молдова, Российской Федерации, Республики Таджики­стан и Украинской Республики, после чего начался процесс ратифика­ции и присоединения к ЕАПК.
ЕАПК не была ратифицирована Грузией и Украиной. Однако к ней первым присоединилась Туркмения, после чего процесс ратификации ЕАПК набрал полные обороты. ЕАПК в соответствии со ст. 26(4) всту­пила в силу 12 августа 1995 г. после сдачи на хранение Генеральному ди­ректору Всемирной организации интеллектуальной собственности акта о присоединении к Конвенции Республики Туркменистан (1 марта 1995 г.) и ратификационных грамот Республики Беларусь (8 мая 1995 г.) и Республики Таджикистан (12 мая 1995 г.). По состоянию на 1 января 2001 г. государствами-участниками ЕАПК являются следующие госу­дарства (по мере их графика ратификации ЕАПК или присоединения к ней): Республика Туркменистан, Республика Беларусь, Республика Тад­жикистан, Российская Федерация, Республика Казахстан, Азербайд­жанская Республика, Кыргызская Республика, Республика Молдова, Республика Армения.
С 1 января 1996 г. приступило к работе по приему и рассмотрению ев­разийских заявок Евразийское патентное ведомство, что практически означало возможность оформления правовой охраны изобретений на основе получения единых евразийских патентов, действующих на тер­ритории упомянутых выше девяти государств.
Действие ЕАПК на территории государств-участников обеспечивает:
1. упрощение и удешевление процедуры получения евразийского па­тента, имеющего силу во всех государствах-участниках (одна евра­зийская заявка на одном языке (русском) - один евразийский па­тентный поверенный - одна экспертиза - единый евра:щйский па­тент);
2. получение надежных евразийских патентов как следствие обя;за­тельной проверочной экспертизы евразийских заявок, предоставля­ющих их владельцам больше полномочий по защите своих прав, чем национальные патенты;
3. гармонизацию охраны прав патентовладельцев в пределах единого патентного пространства на основе ЕАПК и принятых для ее приме­нения других нормативных актов.
Поскольку Евразийская патентная конвенция носит открытый ха­рактер, подтверждаемый ее статьей 26, она не ограничена участием госу­дарств СНГ. Членство в ЕАПК открыто для любого государства - члена ООН, связанного также Парижской конвенцией по охране промышлен­ной собственности и Договором о патентной кооперации и расположен­ного в Европе или Азии.
Национальные патентные системы полностью автономны по отно­шению к Евразийской патентной системе, кроме тех полномочий в отно­шении евразийских патентов, которые переданы государствами-участ­никами в силу положений ЕАПК в компетенцию Евразийской патент­ной организации, в чем проявилась готовность государств идти в определенной мере на добровольное ограничение суверенитета, что в конечном итоге соответствует их собственным интересам.
Следовательно, Евразийская патентная организация – региональная международная организация, имеющая наднациональный характер, связанный с функционированием Евразийской патентной системы и выдачей единых евразийских патентов. Этот вывод подтверждается также пунктом 5 ст. 2 ЕАПК, согласно которому ЕАПО является меж­правительственной организацией.
Данные обстоятельства означают, что ЕАПО по своей природе явля­ется субъектом международного права со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями. Основное из них – это международная пра­восубъектность ЕАПО, т.е. возможность участия в международных от­ношениях, урегулированных нормами международного права. При этом ЕАП О, как и другие международные организации, является коллективным субъектом международного права, поскольку ее права и обязанности ­это права и обязанности государств-участников, взятых в совокупности.
Согласно п. 5 ст. 2 ЕАПК, Организация имеет статус юридического лица. В каждом государстве-участнике ЕАПО обладает правоспособ­ностью, которая признана за юридическими лицами в соответствии с на­циональным законодательством данного государства, а также может приобретать и распоряжаться движимым и недвижимым имуществом, защищать свои права в суде. При этом следует отметить, что ЕАПО не является юридическим лицом государства, в котором расположена ее штаб-квартира, или какого-либо иного государства-члена. Поэтому ЕАПО, как и любая другая международная организация, не подпадает под юрисдикцию того государства, на территории которого расположена ее штаб-квартира, и не работает под контролем соответствующих влас­тей государства. Это связано с тем, чтобы международная организация ни в коем случае не попала в зависимость от одного или группы госу­дарств-членов.
Одним из органов Евразийской патентной организации является Ад­министративный совет. Это своего рода представительный орган, в ко­тором присутствует каждое государство - участник ЕАПК. Его общая за­дача - контроль за деятельностью Евразийского патентного ведомства.
Евразийское патентное ведомство (ЕАПВ) играет роль исполнитель­ного органа ЕАПО. Как сказано в ст. 4 ЕАПК: «Евразийское ведомство выполняет все административные функции Организации. Оно является секретариатом Организации». Евразийское ведомство возглавляет Пре­зидент, являющийся высшим должностным лицом ЕАПО.
Евразийская патентная конвенция, являющаяся актом высшей юри­дической силы в системе нормативных актов ЕАПО, представляет собой правовую основу Евразийской патентной системы.
Сама Евразийская патентная конвенция имеет «рамочный» харак­тер, т.е. в ней определены основополагающие нормы, которые получили развитие и детализацию в других нормативных актах, в первую очередь в нормативных актах, утвержденных административным советом ЕАПО, а именно: в Административной инструкции, Патентной ин­струкции, Финансовой инструкции, Правилах процедуры Администра­тивного совета ЕАПО, Положении о пошлинах ЕАПО.
Так, в Правилах процедуры Административного совета регламенти­рован порядок проведения заседаний и принятия решений Администра­тивным советом.
Положения Патентной инструкции регулируют правоотношения, связанные с подачей евразийских заявок, их рассмотрением, выдачей ев­разийских патентов и охраной, предоставляемой евразийскими патента­ми. Она состоит из шести глав, включающей семьдесят пять правил.
Финансовая инструкция посвящена в основном бюджету ЕАПО, а также ведению бухгалтерского учета и отчетности.
Положение о пошлинах устанавливает порядок, размеры и сроки уп­латы пошлин, предусмотренных Конвенцией и Патентной инструкцией.
В ЕАПК закреплены материальные и процедурные нормы патентного права. Их основные положения сводят­ся к следующему.
Конвенцией предусматривается заявительская система подачи заяв­ки, согласно которой патент выдается первому заявителю без проверки его правомочий в отношении заявленного изобретения. Как сказано в ст. 7(2) ЕАПК, в Евразийском ведомстве заявитель считается имеющим право на получение евразийского патента.
Право на евразийский патент принадлежит изобретателю или его правопреемнику.
Объем правовой охраны, предоставляемой евразийским патентом, определяется формулой изобретения. При этом описание и чертежи служат только для целей толкования формулы изобретения,
Патентовладелец обладает исключительным правом использовать, а также разрешать или запрещать другим использование запатентованно­го изобретения. Он может также распоряжаться своим правом: переда­вать или выдавать на него лицензии. После опубликования заявки заявителю предоставляется временная охрана в соответствии с национальным законодательством государств-участников.
Споры, касающиеся действительности евразийского патента или на­рушения евразийского патента в конкретном государстве-участнике, разрешаются национальными судами или другими компетентными ор­ганами этого государства на основании ЕАПК и Патентной инструкции (ст. 13(1) ЕАПК). При этом решение по спору имеет силу на территории того государства-участника, где оно было вынесено, а не во всех государ­ствах - участниках ЕАПК, т.е. это решение не имеет абсолютного харак­тера, Из сказанного следует, что рассмотрение упомянутых выше споров происходит в рамках процессуальных норм государств-участников с применением соответствующих материальных норм нормативных правовых актов ЕАПО, что свидетельствует о степени единого характера евразийского патента.
ЕАПК (ст. 14) содержит примерный перечень деталей, касающихся материальных норм патентного права, которые должны содержаться в Патентной инструкции, включая, например, правопреемство и другие виды передачи права на евразийскую заявку или евразийский патент
Согласно ст. 15 ЕАПК, евразийская заявка может быть подана непо­средственно в Евразийское ведомство или (для заявителей государств ­участников) через национальное патентное ведомство, если это предус­мотрено законодательством данного государства.
Процедура получения евразийского патента включает следующие этапы: проведение формальной экспертизы, проведение патентного по­иска, публикация евразийской заявки, рассмотрение заявки по сущест­ву, регистрация евразийского патента, его публикация и выдача патенто­владельцу.
Формальная экспертиза евразийской заявки, в том числе поступившей из национального ведомства, проводится в двухмесячный срок с даты ее поступления в ЕАПВ при наличии документа, свидетельствую­щего об уплате пошлины.
Патентный поиск по евразийской заявке проводится на основе фор­мулы изобретения с соответствующим учетом описания и в случае необ­ходимости с привлечением дополнительных материалов.
Евразийская заявка публикуется ЕАПВ по истечении 18 месяцев с даты ее подачи или, если испрошен приоритет, с даты приоритета либо по ходатайству заявителя ранее указанного срока.
Если установлено, что изобретение отвечает условиям патентоспо­собности, ЕАПВ принимает решение о выдаче евразийского патента при условии, что заявитель согласен с редакцией евразийского патента, в ко­торой ЕАПВ намеревается его выдать. Если патентной экспертизой ус­тановлено несоответствие предложенного решения какому-либо условию патентоспособности, выносится решение 06 отказе в выдаче патента.
При несогласии с решением ЕАПВ об отказе в выдаче патента заяви­тель может в трехмесячный срок с даты получения уведомления об этом отказе подать в ЕАПВ возражение. Это возражение рассматривается в четырехмесячный срок со дня его получения ЕАПВ коллегией, состоя­щей из трех экспертов, два из которых, по крайней мере, ранее не прини­мали решение по существу данного возражения. Постановление по воз­ражению на решение ЕАПВ, утвержденное Президентом, является окончательным.
В течение четырех месяцев с даты направления ЕАПВ заявителю уведомления о готовности выдать евразийский патент (или в течение трех месяцев с даты получения уведомления заявителем) уплачивается пошлина за выдачу евразийского патента и его публикацию. После по­лучения этой пошлины ЕАПБ направляет заявителю решение о выдаче евразийского патента, производит регистрацию патента в Реестре евра­зийских патентов, осуществляет публикацию и выдачу патента.
Дата публикации сведений о выдаче евразийского патента считается датой выдачи евразийского патента. Евразийский патент имеет дейст­вие на территории всех государств-участников с даты его публикации (без уплаты каких-либо дополнительных пошлин) до даты уплаты пер­вой годовой пошлины за поддержание евразийского патента в силе, со­ответствующей дате подачи евразийской заявки (единый характер дей­ствия евразийского патента). После уплаты первой годовой пошлины и указания каждого государства-участника, в котором владелец евразий­ского патента желает продолжения его действия, евразийский патент действует на территории указанных государств-участников (всех госу­дарств или части их).
 
 
Глава 3. Проблемные теоретические и практические аспекты международно-правовой охраны прав на промышленные образцы.  
3.1. Основные формы и способы нарушения прав на промышленные образцы  
Основные формы и способы нарушения прав на промышленные образцы определяются спецификой самого объекта охраны.
Прежде всего, следует определиться с понятием «форма нарушения права на промышленный образец». Оговоримся, что данное понятие не используется в современном научном обороте и применяется здесь только для целей настоящей работы. Обычно авторы, описывая то или иной случай нарушения права на промышленный образец, не уточняют, каким образом стало возможным такое нарушение, в каких формах оно выразилось и в чем именно заключалось.
Представляется, что под формой нарушения права на промышленный образец следует понимать внешнее проявление или выражение такого нарушения. Анализ судебной практики показывает, что, по существу, форма нарушения права на промышленный образец одна – неправомерное использование промышленного образца в нарушение прав правообладателя. Здесь можно выделить следующие возможные моменты:
1)   присвоение авторства на промышленный образец (оспаривание авторства реального создателя промышленного образца, в том числе и в судебном порядке);
2)   скрытое или открытое использование промышленного образца вопреки воле правообладателя (чаще всего здесь мы сталкиваемся с таким понятием, как «пиратство»; данный термин, конечно же, условен в данном случае, поскольку применяется обычно к сфере авторского права, тем не менее смысл его в данном случае совпадает с сущностью явления).
Способы же нарушения прав на промышленный образец весьма многообразны. Когда мы говорим о способе, то подразумеваем то, каким образом происходит нечто (в нашем случае нарушение права на промышленный образец). Поэтому можно говорить о самых разнообразных способах нарушения права на промышленные образцы: неправомерный доступ к технической или иной документации, содержащей сведения о промышленных образцах (включая и так называемых «промышленный шпионаж»), открытое копирование промышленного образца, воплощенного в конкретном товаре и уже находящегося в обороте и т.д.
Особую проблему в настоящий момент в странах ЕС составляет охрана промышленных образцов, не защищаемых патентом в силу их недолговременного использования (об этом шла речь несколько выше). В таких условиях особенно трудно защитить права правообладателя.
Следует отметить, что в сферу способов нарушения прав на промышленный образец могут входить и преступные деяния, преследуемые по российскому законодательству. Так, например, в случае, если осуществляется неправомерный доступ к компьютерной информации, охраняемой законом (а к числу такой информации относятся и сведения о промышленных образцах до их официальной публикации), виновный совершает преступление, предусмотренное статьей 227 Уголовного кодекса Российской Федерации.[[33]]
Однако следует заметить, что уголовно-правовая охрана в данном случае направлена не на защиту правообладателя, а на защиту информации как таковой.[[34]]
Итак, мы подошли к тому, что необходимо разграничивать умышленные противоправные действия лица, направленные на нарушение права автора промышленного образца и действия лица, хотя и нарушающие права автора, однако только вследствие добросовестного заблуждения. Данное разграничение может служить еще одним критерием классификации способов нарушения права на промышленный образец. Однако представляется, что добросовестное заблуждение необходимо вывести из сферы действия норм об ответственности. Это связано с тем, что в отличие от сферы авторского права, где разные авторы не могут создать одного и того же произведения, в сфере права патентного такое вполне возможно, и разные лица вполне могут создать очень схожие по своим характеристикам промышленные образцы.[[35]]
Небезынтересен в этом отношении следующий пример. В деле «Ширин Гилд против Эскан­дер, лтд. энд эназе», рассмотренном 2 февраля 2001 г., спорящие стороны ­два модельера одежды, которые были партнерами с ноября 1991 г. в течение одного года.
Область совместных интересов обо­их дизайнеров – разработка длинных свитеров свободного покроя, имеющих квадратную форму (при горизонтальном расположении рукавов). Такие свитера были очень модными более 10 лет назад. С тех пор степень их престижности несколь­ко снизилась, но все же оставалась до некоторых пор до­вольно высокой.
Истец – дизайнер Ш. Гилд, разрабо­тавшая эскизы свитера, отличающегося наличием V-образного выреза, не обла­дая опытом в производстве вязаных из­делий, обратилась в сентябре 1991 г. к дизайнеру Э. Набави с предложением взять на себя реализацию ее эскизов. По заказу Э. Набави фирмой «Хэйвлок» по ним была изготовлена партия свите­ров.
С 6 августа 1992 г. партнеры пошли разными путями. Работая самостоятель­но, Ш. Гилд добилась больших успехов (ее работы демонстрировались на выс­тавке в знаменитом музее) и нашла свою нишу на рынке (ее свитера сво­бодного покроя стоимостью 1000 ф.с. приобрел и статус весьма престижной и роскошной одежды для избранных). Э. Набави также продолжал разрабаты­вать свитера свободного покроя.
Указанные обстоятельства и послу­жили причиной предъявления иска к фирме «Эскандер, лтд. энд эназе». Обе стороны представили содержащие про­тиворечивые сведения материалы, сви­детельствующие о событиях десятилет­ней давности. Суд счел более достовер­ной версию событий в изложении ответ­чика.
Ш. Гилд показала на суде, что свои эскизы (они не были представлены суду) она создала, взяв за основу сви­тер шириной 88 см, разработанный ди­зайнером Гидли. Если при копировании какого-либо образца дизайнером внесе­но свое мастерство и умение, то изме­ненный образец, по мнению судьи, мо­жет претендовать на статус охраняемо­го образца. Хотя внесенная истцом в образец дизайнера Гидли степень мас­терства, которая характеризуется увели­чением ширины свитера на 12 см, а так­же разработкой V-образного выреза и отдельных его деталей, недостаточно высока, судья не без колебаний пришел к выводу о том, что свитер, разработан­ный дизайнером Ш. Гилд, обладает ори­гинальностью. Судья также установил, что образец истца не является баналь­ным в категории существующих свите­ров свободного покроя благодаря но­вым характеристикам.
Из-за отсутствия соглашения о том, что авторские права дизайнера Ш. Гилд на эскизы свитера, равно как и ее пра­ва на промышленный образец, изготов­ленный по этим эскизам, являются соб­ственностью товарищества, судья уста­новил, что указанные права принадлежат истцу. По мнению судьи, Ш. Гилд не мо­жет быть предоставлено монопольное право ни на концепцию одежды квад­ратной формы, ни на размеры свитера. Единственное, что она может требовать, – это запретить третьим лицам восполь­зоваться ее мастерством для извлече­ния прибыли. Так как манжеты свитеров ответчика были разработаны пригла­шенным им модельером, который не мог видеть эскизов истца, судье было труд­но определить характеристики мастер­ства дизайнера Ш.Гилд, которые реали­зованы в свитерах ответчика.
Решение вопроса: скопирован ли ответчиком образец истца, при рассмот­рении данного дела было связано с оп­ределенными трудностями, обусловлен­ными простотой образцов. Свитера спорящих сторон отличались лишь неко­торыми деталями и размерами. Это об­условливало такую степень их сходства, при которой рядовой потребитель мог прийти к заключению о том, что оба свитера разработаны одним дизайнером.
По мнению ответчика, нет ничего удивительного в том, что форма свите­ров и их некоторые детали совпадают, поскольку обоих дизайнеров привлека­ет разработка одного и того же свите­ра, характеризующегося свободным по­кроем и квадратной формой.
Иск был удовлетворен. К концу за­седания судья пришел к заключению о том, что ответчик скопировал свитер истца. Это заключение оказалось нео­жиданным для дизайнера Э. Набави, так как у него при рассмотрении иска сло­жилось впечатление (на основании от­сутствия эскизов истца и принятия су­дьей его версии взаимоотношений меж­ду партнерами), что дело будет решено в его пользу.
Из приведенного примера с очевидностью следует вывод, что как такового умышленного нарушения права на промышленный образец со стороны ответчика не было. Имело место добросовестное заблуждение относительно права на использование указанной выше модели свитера. При таких обстоятельствах решение суда выглядит весьма неоднозначным.
 
3.2. Международно-правовые способы борьбы с нарушениями прав на промышленные образцы  
Рассмотрев основные формы и способы нарушения права на промышленные образцы, закономерно перейдем к вопросу о способах международно-правовой борьбы с нарушениями прав на промышленный образец.
Представляется, что основным способом борьбы с нарушениями прав на промышленные образцы в международном праве является создание системы охраны прав на промышленные образцы. Остальные способы являются своего рода составными частями данной системы или производными от нее.
Система охраны прав на промышленные образцы включает в себя:
1) совокупность международно-правовых норм в области охраны прав на промышленные образцы;
2) систему органов, осуществляющих регистрацию промышленных образцов, выдачу патентов и т.д.
3) систему судебной защиты нарушенных прав на промышленные образцы.
Согласно другой классификации способов защиты прав на промышленные образцы выделяют следующие способы:
1) судебный порядок защиты прав;
2) административный порядок.
Также выделяют такие способы защиты как:
1) гражданско-правовой способ;
2) уголовно-правовой.
Следует заметить, что система международной охраны прав на промышленные образцы создается с целью унификации национальных законодательств в сфере их защиты. Далее рассмотрим на примере российского законодательства основные способы защиты прав на промышленные образцы на современном этапе.
Судебный порядок защиты прав.
Суды, в том числе арбитражные и третейские, в соответствии с их компетенцией рассматривают следующие споры:
об авторстве на изобретение, полезную модель, промышленный образец;
об установлении патентообладателя;
о нарушении исключительного права на использование охраняемого объекта промышленной собственности и других имущественных прав патентообладателя;
о заключении и исполнении лицензионных договоров;
о праве преждепользования;
о выплате вознаграждения автору работодателем;
о выплате различных компенсаций, а также другие споры, кроме тех, которые отнесены к компетенции Высшей патентной палаты.
Разрешая перечисленные споры, суды, в частности, учитывают, что нарушением исключительного права патентообладателя (контрафакцией) признается любое несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью продукта, содержащего запатентованный объект промышленной собственности, а также применение способа, охраняемого патентом на изобретение, или введение в хозяйственный оборот либо хранение с этой целью продукта, изготовленного непосредственно способом, охраняемым патентом на изобретение. При этом новый продукт считается полученным запатентованным способом при отсутствии доказательств противного.
В указанных случаях по требованию патентообладателя нарушение патента должно быть прекращено, а виновное в нарушении лицо обязано возместить патентообладателю причиненные убытки в соответствии с гражданским законодательством. При этом требования к нарушителю патента могут быть заявлены также обладателем исключительной лицензии, если иное не предусмотрено лицензионным договором.
Имущественные права патентообладателей защищаются в рамках трехлетнего общего срока исковой давности (ст. 196 ГК), если законом не будут установлены специальные сроки. Личное неимущественное право авторства защищается без ограничения исковой давностью.
В административном порядке разрешаются, в частности, споры, связанные с отказом в выдаче патента, с признанием его недействительным, а также с отказом патентообладателя от заключения лицензионного договора.
Заявитель может подать в Палату по патентным спорам возражение на решение об отказе в выдаче патента в течение трех месяцев с даты получения решения. Возражение должно быть рассмотрено Палатой в течение четырех месяцев с даты его поступления. Решение Палаты подлежит утверждению генеральным директором Патентного ведомства. При несогласии заявителя с решением Палаты он может в течение шести месяцев с даты его получения обратиться с жалобой в Высшую патентную палату Российской Федерации. Решение Высшей патентной палаты является окончательным.
В течение всего срока его действия патент может быть оспорен и признан недействительным полностью или частично в случаях:
а) несоответствия охраняемого объекта условиям патентоспособности;
б) наличия в формуле изобретения, полезной модели или в совокупности существенных признаков промышленного образца признаков, отсутствовавших в первоначальных материалах заявки.
Возражение против выдачи патента по этим основаниям должно быть рассмотрено Апелляционной палатой в течение шести месяцев с даты его поступления. При несогласии с решением Апелляционной палаты по возражению любая из сторон в течение шести месяцев с момента принятия решения вправе подать жалобу в Высшую патентную палату, решение которой является окончательным.
В соответствии со ст. 32 Патентного закона присвоение авторства, принуждение к соавторству и незаконное разглашение сведений об объекте промышленной собственности влекут за собой уголовную ответственность (ст. 147 УК РФ).
В соответствии со ст. 14 Патентного закона РФ любое физичес­кое или юридическое лицо, использующее изобретение, полезную модель или промышленный образец, защищенные патентом, в противоречии с настоящим Законом, считается нарушителем патента. Конкретные виды нарушений исключительного права патентообладателя указаны в п. 3 ст. 10 Патентного закона и включают в себя несанкционированное изготовление, примене­ние, вывоз, предложение к продаже, продажу и иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью продукта, содержащего запатентованное изобретение, полезную модель, промышленный образец, а также применение способа, охраняе­мого патентом на изобретение, или введение в хозяйственный оборот либо хранение с этой целью продукта, изготовленного непосредственно способом, охраняемым патентом на изобретение. Поскольку содержание перечисленных видов использования за­патентованных объектов уже рассматривалось при характерис­тике прав патентообладателя, нет необходимости еще раз на этом останавливаться. Подчеркнем только, что в Законе названы лишь наиболее типичные виды нарушений прав патентообладателя, которыми не исчерпываются все возможные случаи несанкцио­нированного введения в хозяйственный оборот запатентованных разработок.
С точки зрения принятого во многих странах подразделения нарушений патентных прав на прямые и косвенные все перечис­ленные выше нарушения относятся к числу прямых нарушений. В российском патентном законодательстве ничего не говорится о том, образует ли косвенное нарушение вторжение в исключи­тельную сферу патентообладателя, например поставка комплек­тующих изделий или материалов, предназначенных для изго­товления или использования запатентованного объекта. Однако исходя из смысла закона, можно сделать вывод, что нарушениями патентных прав должны признаваться любые действия, имеющие прямой или косвенной целью несанкционированное введение в хозяйственный оборот охраняемых объектов.
Права патентообладателей могут быть нарушены как в рамках заключенных ими лицензионных договоров, так и вне договоров. Нарушение лицензионного договора может состоять в выходе лицензиата за пределы предоставленных ему по договору прав либо в невыполнении или ненадлежащем выполнении лежащих на нем обязанностей. Способы защиты, которыми располагает патентообладатель (лицензиар), обычно определяются самим договором или вытекают из общих положений гражданского законодательства. Как правило, лицензионный договор преду­сматривает возможность применения к нарушителю таких сан­кций, как взыскание неустойки и возмещение убытков, а также досрочное расторжение договора в одностороннем порядке. Раз­мер и вид неустойки, в частности ее соотношение с убытками устанавливаются самими сторонами. Если особых санкций, при­меняемых к виновной стороне, лицензионный договор не преду­сматривает, патентообладатель, опираясь на общегражданские правила, может требовать лишь возмещения причиненных ему убытков.
Внедоговорное нарушение патентных прав имеет место при любом несанкционированном использовании запатентованной разработки третьими лицами, кроме установленных законом случаев свободного использования чужих охраняемых объектов. Обязанность доказывания факта нарушения патента возлагается на патентообладателя. Решающее значение при этом имеют установление четких границ действия патента и доказательство того, что они нарушены конкретным ответчиком. Как уже неод­нократно указывалось, объем прав патентообладателя определя­ется формулой изобретения (полезной модели) или совокуп­ностью существенных признаков промышленного образца, ото­браженных на фотографиях изделия (макета, рисунка). Патент­ные права на изобретение (полезную модель) будут, в частности, нарушенными, если в изготовленном продукте или примененном способе использован каждый признак изобретения (полезной модели), включенный в независимый пункт формулы, или при­знак, эквивалентный ему. Наличие в объекте техники или техно­логии признаков, содержащихся в зависимых пунктах формулы, для установления факта использования разработки значения не имеет.
Нередко нарушители патентных прав, желая замаскировать свои противоправные действия, вносят некоторые внешние изме­нения в заимствованные объекты, в частности производят замену одних признаков другими. Если такая замена не привносит в объект техники ничего существенно нового, в частности не изменяет достигаемого результата, это не препятствует признанию патентных прав нарушенными. Для уяснения вопроса о том, могут ли замененные признаки считаться эквивалентными, не­редко требуется анализ описания как источника для толкования формулы изобретения (полезной модели).
Если факт нарушения патентных прав доказан, патентооблада­тель вправе применить к нарушителю предусмотренные законом гражданско-правовые санкции или, что то же самое, воспользо­ваться тем или иным способом защиты своих нарушенных прав. Выбор конкретного способа защиты осуществляется потерпев­шим, однако, как правило, он предопределяется видом и послед­ствиями самого нарушения. Предусмотренные законом граждан­ско-правовые способы защиты патентных прав также неоднород­ны. В теории гражданского права они подразделяются на меры гражданско-правовой защиты и меры гражданско-правовой от­ветственности. Если для реализации первых достаточно лишь самого факта нарушения патентных прав, то для использования вторых требуется ряд условий, в частности наличие противоправности, вреда, причинной связи между действиями наруши­теля и наступившими последствиями, а также вины нарушителя.
Самым распространенным способом защиты патентных прав является требование патентообладателя о прекращении наруше­ния. В частности, решением суда нарушителю может быть предписано прекратить незаконное изготовление запатентован­ного продукта или производства продукта запатентованным способом. Указанные действия признаются контрафактными и являются наиболее грубым нарушением патентных прав. Их совершение без санкции патентообладателя во всех случаях, кроме прямо указанных в законе, образует нарушение патентных прав, хотя бы даже произведенный продукт и не поступил на рынок. По требованию патентообладателя должны быть немед­ленно прекращены и любые другие действия, представляющие собой несанкционированное вторжение в исключительную сферу патентообладателя, в частности реклама и продажа запатенто­ванных изделий, их ввоз на территорию России и т. д.
С точки зрения юридической сущности рассматриваемая сан­кция является мерой гражданско-правовой защиты, а не мерой ответственности. Поэтому она в равной мере может быть приме­нена как к виновным, так и к невиновным нарушителям патент­ных прав. Для ее реализации важен лишь сам факт нарушения патентной монополии. Например, патентообладатель может тре­бовать прекращения применения или продажи продукта, защи­щенного патентом, и от того лица, который использовал его, не зная, что продукт был введен в хозяйственный оборот с наруше­нием прав патентообладателя. При этом любое несанкциониро­ванное использование запатентованной разработки предполага­ется незаконным. Лицо, использующее разработку и отрицающее нарушение патентных прав, должно доказать правомерность своих действий. Например, оно может ссылаться на то, что запатентованное средство применялось им при чрезвычайной ситуации либо в личных целях без получения дохода. При недоказанности этих и подобных им обстоятельств лицо призна­ется нарушителем и должно прекратить незаконное использова­ние запатентованной разработки.
Другим способом защиты нарушенных патентных прав являет­ся требование о возмещении убытков. В соответствии с граждан­ским законодательством под убытками разумеются расходы, произведенные лицом, право которого нарушено, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполу­ченные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях оборота, если бы его право не было нарушено (упущен­ная выгода). Закрепленный законом принцип полного возмеще­ния вреда действует и в отношении нарушенных прав патенто­обладателя. В рассматриваемой области убытки патентооблада­теля чаще всего выражаются в форме упущенной выгоды, что может быть связано с сокращением объемов производства и реализации запатентованной продукции, вынужденным пониже­нием цен и т. п. В задачу патентообладателя входит обоснование размера неполученных доходов и доказательство причинной связи упущенной выгоды с действиями нарушителя.
Непременным условием присуждения нарушителя к возмеще­нию убытков является его вина. Форма вины нарушителя для гражданско-правовой ответственности значения не имеет и мо­жет выражаться как в его умысле на нарушение чужих патент­ных прав, так и в неосторожном нарушении патента. При этом вина нарушителя презюмируется. Если он сможет доказать свою невиновность, его можно заставить лишь прекратить нарушение, но с него нельзя взыскать какие-либо убытки.
Наряду с возмещением имущественного вреда патентооблада­тель может заявить требование о возмещении ему морального вреда. Основанием такого иска могут быть нанесение вреда коммерческой репутации патентообладателя, переживания в связи с судебным процессом и т. п. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, опреде­ляемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущес­твенного вреда.
Как уже отмечалось, Патентный закон РФ прямо не предусматривает возможности ареста, конфискации, уничто­жения или передачи потерпевшему контрафактных товаров по требованию патентообладателя или суда.
Применение гражданско-правовых санкций за нарушение па­тентных прав возможно в пределах общего срока исковой давнос­ти, т.е. в течение трех лет со дня, когда патентообладатель узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Иск заявля­ется в соответствии с общими правилами подсудности по месту жительства ответчика или месту нахождения органа или иму­щества юридического лица.
Наиболее распространенным способом защиты ответчика явля­ется встречный иск о признании патента недействительным. Кроме того, ответчик может ссылаться на имеющееся у него право преждепользования или свою управомоченность на использова­ние запатентованной разработки в силу установленных законом ограничений из сферы патентной монополии.
Наряду с гражданско-правовыми санкциями российское зако­нодательство предусматривает уголовно-правовую ответствен­ность за некоторые нарушения прав изобретателей и патентооб­ладателей.
 
 
3.3. Проблемы взаимодействия национальных законодательств в борьбе с нарушениями права на промышленные образцы. Некоторые аспекты охраны прав на промышленные образцы в российском законодательстве и судебной практике.  
Одна из самых серьезных проблем, связанных с правовым урегулированием создания и использования промышленных образцов, заключается в некоей двойственности правовой природы этих объектов. В законодательстве многих стран, в том числе и РФ, промышленный образец рассматривается как объект патентного права, однако по своим содержательным характеристикам он занимает как бы промежуточное положение между объектами авторского и патентного права. Два из выше названных критериев охраноспособности промышленных образцов - новизна и промышленная применимость - сближают их с объектами патентного права (изобретениями и полезными моделями), третий же объединяет с произведениями литературы, науки, искусства, т.е. объектами авторского права. Указанная двойственность порождает закономерный вопрос: какими правовыми средствами необходимо регулировать отношения, возникающие по поводу данного объекта? Практике развитых стран этот вопрос известен достаточно давно, однако до сего времени он не получил абсолютного, бесспорного решения.
Сходная ситуация наблюдается и в развитых европейских странах, где представлена вся «палитра» возможных вариантов правовой охраны промышленных образцов: от доктрины «единства художественного творчества» (Франция) до полного отрицания авторско-правовой охраны в отношении рассматриваемых объектов («доктрина разделения», Италия). Кроме того, существуют разнообразные варианты «частичной охраны», смысл которых состоит в определенных комбинациях элементов различных систем правовой охраны.[[36]]
Таким образом, проблема, по существу, разрешается в соответствии с волей законодателя, которая, в свою очередь, должна базироваться на объективном анализе экономической ситуации в конкретной стране в конкретный период. Принято считать, что патентно-правовая система охраны промышленных образцов предпочтительнее для стран с высоким уровнем конкуренции в экономической сфере, тогда как авторско-правовая система в силу ее «либеральности» более подходит странам, где актуальна проблема развития конкуренции.
В нашей стране указанные проблемы, по существу, не подвергались тщательному изучению в силу как относительной новизны соответствующего нормативного обеспечения, так и, что более важно, по причинам экономического характера.
Предлагается в связи со сказанным принятие специального закона о промышленных образцах, который бы разрешил указанные проблемы и внес ясность в соотношение правового регулирования промышленных образцов нормами патентного и авторского права.
Представляется, что одновременное применение в полном объеме авторско-правовой и патентно-правовой систем охраны в отношении одного и того же объекта невозможно.
Рассмотрим еще один проблемный аспект, однако, уже относящийся к российской правовой действительности. Теоретически определение промышленного образца позволяет выделить основные критерии, помогающие сделать однозначный вывод, о том, имеется ли в нали­чии использование промышленного образца в конкретном изделии или нет. Такой вывод необходимо доказывать при предъявлении своих исклю­чительных прав на данный вид промышленной собственности в суде. Од­нако в правоприменительной практике как истец, так и ответчик, не говоря уже об арбитражном или гражданском суде, испытывают значительные трудности из-за смешения различных юридических действий, выполняе­мых при определении критериев патентоспособности экспертизы Роспа­тента при выдаче охранного документа, в соответствии с Правилами со­ставления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на промышленный образец (Приложение к приказу Роспатента от 6 июня 2003 г.) и определения патентной чистоты, согласно инструктивным материа­лам по проверке изделий на патентную чистоту выпускаемых изделий (Инструкция по экспертизе объектов техники на патентную чистоту, утв. постановлением Государствеиного комитета Совета Министров СССР по делам изобретений и открытий 20 января 1974 года). К сожалению, для оп­ределения нарушения исключительных прав на промышленный образец суд может полагаться только на мнение эксперта, которому должна быть поручена судебная экспертиза (на основе определения судьи), поскольку суд не имеет специальных знаний в области патентного и авторского права. Сложность правоприменительной практики судом заключается в том, что даже после получения заключения экспертизы, в которой эксперт при­меняет специальные термины из данной области права, судья в последующих своих постановлениях и определениях неправильно применяет и тол­кует данную терминологию поскольку не понимает· разницы между экс­пертизой на патентную чистоту и экспертизой на патентоспособность. Та­кое смешение понятий дает возможность недобросовестной стороне мани­пулировать мнением суда, смешивая данные понятия и предоставляя суду компетентное мнение независимых экспертов и патентных экспертов Роспатента в качестве доказательств своей правоты, смешивая разные экспертизы и доказывая экспертизой на патентоспособность свое утвержде­ние о неправомерном использовании промышленного образца, вывод о ко­тором должен быть сделан на основании экспертизы на патентную чистоту. Понятно, что это не вина, а беда судей, вынужденных рассматривать дела, требующие специальных знаний в области техники и промышленного дизайна, однако приведенные ниже примеры еще раз доказывают, по мнению отдельных авторов, необходимость патентного суда.
Так, например, две фирмы, занимающиеся производством рекламных постеров, предъявили друг другу встречные иски о нарушении исключительных прав на промышленный образец. Причем у одной фирмы было запатентовано xyдoжecтвeннo-конструкторское решение постера в целом, а у другой фирмы – художественно-конструкторское решение основания постера и экрана (его верхней и нижней частей). Оба промышленных образца защищены патентами на основе решения экспертизы Роспатента на патентоспособвость заявленных промышленных образцов. Выдача этих патентов была абсолютно право­мерной, поскольку цель экспертизы на патентоспособность - выявить отличия проверяемого художественно-конструкторского решения от прото­типа, несмотря на имеющиеся общие признаки. Одна из фирм представила ходатайство в суд об обеспечении иска, которое судом было удовлетворе­но. В постановлении суда было написано следующее: «Запретить предос­тавлять право на размещение рекламоносителей, содержащих все сущест­венные признаки промышленных образцов, охраняемых патентами N.N.» Какие ошибки допустил судья, приняв такое постановление? Во­-первых, выполнить данное предписание можно было только на основании экспертизы конкретного постера (материального объекта) после заключе­ния экспертизы на патентную чистоту, которая призвана выявить исполь­зование в данном материальном объекте признаки запатентованного про­мышленного образца, несмотря на имеющиеся отличия в других призна­ках. Такое заключение можно сделать только после изучения объема прав, вытекающих из патента. Однако суд никому не поручил сделать такую экспертизу, а судебный пристав ее делать не имеет права. Во-вторых, суд не учел, что объем правовой охраны промышленного образца определяется совокупностью существенных признаков, отображенных на фотографиях изд. (макета. рисунка), поскольку ссылаться только на перечень суще­ственных признаков промышленного образца без приложения всех фотографий, прикладываемых к патенту, недопустимо. Так, в п. 3.2.1. назван­ных Правил указано, что фотографии, отображающие внешний вид изделия, являются основным документом, содержащим изобразительную информацию о заявленном промышленном образце. А в п. З.З.6 указанных Правил сказано, что перечень существенных признаков промышленного образца предназначен только для адекватного толкования отображенной на фотографиях совокупности существенных признаков, определяющий (на основе фотографии) объем спрашиваемой правовой охраны, предос­тавляемой патентом. Таким образом, суд неправомерно использовал в качестве право устанавливающего фактора объема прав не саму фотоrpа­фию, а только словесное описание существенных признаков, что непра­вильно.
Сложность описанной коллизии состоит еще и в том, что произошло столкновение объемов прав патентообладателей по правомерно получен­ным патентам. По существу, произошло столкновение взаимозависимых патентов, поскольку как целое зависит от своей части, так и часть зависит от целого, к которому она принадлежит. Почему такая коллизия: в отноше­нии промышленных образцов имеет место? Это вытекает из особенностей экспертизы на патентную чистоту промышленных образцов. Так, в Инст­рукции сказано, что внешние формы объекта подлежат проверке в том ви­де, в каком они воспринимаются при обозрении объекта в целом, без вы­деления в нем отдельных деталей, не имеющих самостоятельного значе­нии. Фирмы спорили насчет использования: защищенных форм в целом из­делии – постере – где и основание, и экран воспринимались как изделие в целом, без отдельных частей, имеющих самостоятельное значение. Однако и основание, и экран, защищенные отдельными патентами, могут исполь­зоваться правообладателем этих патентов самостоятельно только в том случае, когда эти части рекламного носителя: будут использоваться отдельно, основание - как самостоятельный материальный объект, экран ­как самостоятельный рекламный носитель, закрепленный не на основании, а на стене дома, например. При использовании же данных частей вместе образуемый материальный носитель (постер) становится непaтeнтно чис­тым по отношению к патенту, защищающему рекламоноситель в целом.
С другой стороны, патент на форму рекламного носителя в целом будет всегда зависимым от этих двух патентов на части, поскольку материаль­ный объект (пастер) всегда будет повторять отдельные части объекта. На­стоящее утверждение вытекает из положения Инструкции о том, что внешний вид отдельных частей объекта выделяется для пpoверки тогда, когда эти части являются самостоятельными предметами производства или могут быть отделены от объекта.

Следующей немаловажной проблемой, напрямую связанной с предшествующей, в области охраны промышленных образцов является собственно определение критериев патентоспособности. Как уже отмечалось, одним из таких критериев является оригинальность изделия.
Тем не менее, ни в законодательстве, ни в судебной практике России до сих пор не выработано достаточно четких признаков понятия оригинальности изделия. Полезно в этом смысле обратиться к зарубежному опыту. Так, в Великобритании, например, в судебной практике по делам о защите прав на промышленные образцы выработаны понятия «оригинальный образец» (собственно промышленный образец, обладающий всеми признаками патентоспособности в смысле российского законодательства) и «банальный образец». Данное понятие было выработано при рассмот­рении дела Фармерз билд, ЛТД. про­тив Кариер балк материалз хзндлин, ЛТД. В решении по этому делу отме­чено следующее. Вряд ли следует пре­доставлять охрану тем объектам, кото­рые созданы путем копирования суще­ствующих объектов с внесением незна­чительных изменений в их характерис­тики, так как права на эти объекты труд­но защищать. Чтобы определить, явля­ется ли образец банальным, необходи­мо оценить его сходство с аналогами. Суждение выносится только на основа­нии экспертных заключений конструкто­ров и дизайнеров, в которых должна быть оценена значимость каждого из установленных различий между сравни­ваемыми образцами. Однако решающее слово остается за судьями.
При этом судьи, отдавая отчет в сво­ей некомпетентности в вопросах дизай­на, не должны опираться на поверхнос­тное сравнение образцов, что может привести к неправомерным выводам. Чем больше экспертов единодушно ут­верждают, что основные признаки рас­сматриваемого образца обусловлены функциональностью его конструктивных элементов и чем выше степень сходства известных образцов с рассматривае­мым (особенно при отсутствии свиде­тельств о его копировании), тем досто­вернее вывод об отсутствии оснований для предоставления ему правовой охра­ны. И наоборот: если основные черты образца отсутствуют в аналогичных про­мышленных образцах, но обнаруживают­ся в образце ответчика, то последний не относится к категории банальных. При этом из новизны промышленного образ­ца не вытекает однозначный вывод о том, что он не является банальным.
В последующем этот прецедент служил нормой для разрешения многочисленных споров по аналогичным делам о защите прав на промышленные образцы.
Учитывая разницу правовых систем России и Великобритании целесообразно не оставлять выработку соответствующих норм судебной практике в нашей стране, а дополнить законодательство соответствующими нормами. Так, представляется, что вполне уместным было бы включение в Патентный закон РФ норм о «банальном образце».
Возможно также, принятие отдельного закона о промышленных образцах, как уже отмечалось ранее, и в нем непосредственно предусмотреть соответствующие положения.
 
 
Заключение  
На основании изучения учебной и специальной научной литературы, а также на основании анализа нормативно-правовых актов международного характера и судебной практики можно сформулировать следующие предложения по совершенствованию правовой охраны промышленных образцов в Российской Федерации.
Во-первых, обратимся к несовершенствам законодательной базы Российской Федерации в области защиты промышленных образцов. Прежде всего, следует отметить относительную новизну данной сферы правового регулирования. В связи с этим возникают некоторые проблемы в процессе «юридической квалификации» того или иного изделия как промышленного образца.
Здесь уже встают проблемы критериев патентоспособности промышленных образцов. В Патентном законе РФ названы только общие положения, при этом не дается развернутого определения, к примеру, такого критерия, как оригинальность. В связи с этим предлагается разработка и принятие специального закона о промышленных образцах и их правовом режиме. В данном нормативно-правовом акте возможна аккумуляция всех имеющихся правовых норм и доктринальных положений в области охраны промышленных образцов. Обращаясь к опыту зарубежных государств следует заметить, что в большинстве стран такие вопросы, как, к примеру, критерии патентоспособности вырабатываются судебной практикой, однако в условиях российской правовой действительности это нецелесообразно.
Нецелесообразным является и предлагаемое некоторыми авторами введение системы патентных судов. Из анализа зарубежного опыта следует, что все основные правовые коллизии, связанные с охраной промышленных образцов, решаются в общих судах. Тем не менее, рассмотрение таких дел все же требует специальных познаний, поэтому следует на уровне правоприменения расширять привлечение экспертов соответствующей квалификации.
Кроме сказанного, такое изменение судебной системы нецелесообразно в силу чрезмерной затратности. К тому же существует немало других сфер, где для разрешения правовых коллизий требуются специальные познания, тем не менее, никому не приходит в голову создавать для каждой такой сферы свою систему судов.
Положительным является участие Российской Федерации в различных международных соглашениях, направленных на защиту прав на промышленные образцы. Данный опыт должен учитываться при разработке специальных норм в отношении правового регулирования промышленных образцов.
Само по себе участие России в международном сотрудничестве в данной области оказывает положительный эффект во внутреннем правовом регулировании. Многие из международных норм, как представляется, должны применяться напрямую в российской судебной практике.
 
Библиографический список  
1. Парижская конвенция по охране промышленной собственности (Заключена в г. Париже 20.03.1883) (с изм. от 02.10.1979) // Парижская Конвенция по охране промышленной собственности. Публикация № 201(R).- Женева: Всемирная организация интеллектуальной собственности, 1990.
2. Гаагский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов (Вместе с «Протоколом») (Подписан в г. Гааге 28.11.1960) // WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999.
3. Дополнительный Монакский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов (Подписан в г. Монако 18.11.1961) // WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999.
4. Локарнское соглашение, устанавливающее международную классификацию промышленных образцов (Заключено в г. Локарно 08.10.1968) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXVIII.- М., 1974.
5. Договор о патентной кооперации (Подписан в г. Вашингтоне 19.06.1970) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXXIV.- М., 1980.
6. Дополняющий стокгольмский акт Гаагского соглашения о международном депонировании промышленных образцов (Подписан в г. Стокгольме 14.07.1967) с изменениями и дополнениями от 28.09.1979 // WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999.
7. Соглашение о правовой охране изобретений, промышленных, общеполезных образцов и товарных знаков при осуществлении экономического и научно-технического сотрудничества // Соглашение о правовой охране изобретений, промышленных, общеполезных образцов и товарных знаков при осуществлении экономического и научно-технического сотрудничества (Заключено в г. Москве 12.04.1973) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXIX.- М., 1975.
8. Женевский акт Гаагского соглашения о международной регистрации промышленных образцов // Публикация ВОИС № 229(R).- Женева: Всемирная организация интеллектуальной собственности, 1999.
9. Евразийская патентная конвенция (Заключена в г. Москве 09.09.1994) // Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. 1994. № 2(15).
10. Патентный закон Российской Федерации от 23.09.1992 № 3517-1 (ред. от 07.02.2003) // Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 22.10.1992, № 42, ст. 2319.
11. Гражданский кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ, 05.12.1994, № 32, ст. 3301.
12. Уголовный кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, № 25, ст. 2954.
13. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ, 18.11.2002, № 46, ст. 4532.
14. Алексеева О. Основные изменения и дополнения, внесенные в Патентный закон РФ в 2003 г., касающиеся правововй охраны промышленных образцов // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2004. Заочный семинар. - № 9-10.
15. Алексеева О. Правовая охрана промышленных образцов в РФ: основные понятия, положения законодательства, источники права // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2004. Заочный семинар. - № 9-10.
16. Алексеева О.Л. Эволюция законодательства России о промышленных образцах // Патенты и лицензии. - М., 2004. - № 12.
17. Алексеева О.Л., Корчагин А.Д. Экспертиза промышленных образцов, относящихся к печатной продукции // Патенты и лицензии. - М., 2002. - № 6.
18. Белов В. В. Интеллектуальная собственность. М., 1997.
19. Василец А.К. Правовая охрана промышленных образцов в Российской Федерации // Современное право. - М.; Новый Индекс, 2000. - № 4.
20. Ведерникова И.А., Джермакян В.Ю. Россия подписала Женевский акт Гаагского соглашения (о международной регистрации промышленных образцов) // Патенты и лицензии. - М., 2000. - № 4.
21. Воронцов С. Гармонизация патентного права в области промышленных образцов // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2002. - № 2.
22. Джермакян В., Иванова Л., Кашкур И. Пресечение недобросовестной конкуренции при использовании промышленных образцов и товарных знаков // Интеллектуальная собственность. - М., 2001. - № 10.
23. Джермакян В.Ю. Американские притязания на промышленные образцы // Патенты и лицензии. - М., 2005. - № 4.
24. Джермакян В.Ю. Как сохранить дату подачи заявки на промышленный образец по дате ее поступления? // Патенты и лицензии. - М., 2005. - № 6.
25. Казачкова Г. Анализ формообразования художественно-конструкторских решений при экспертизе заявок на промышленные образцы // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2003. - № 12.
26. Лабзин М. О соотношении промышленного образца и произведения // Интеллектуальная собственность: Авторское право и смежные права. - М., 2005. - № 1.
27. Лабзин М. Судебные споры, связанные со столкновением исключительных прав на товарный знак и промышленный образец // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2005. - № 4.
28. Лаврова Ю.В., Фелицына С.Б. Новый порядок охраны промышленных образцов в ЕС // Патенты и лицензии. - М., 2003. - № 6.
29. Матевосов Л.М. Джермакян В.Ю. Патентная охрана промышленных образцов в России XXI века. - М.: ИНИЦ Роспатента, 2004. - 90 с. // Патенты и лицензии. - М., 2004. - № 11.
30. Мельников В. Кукла и нормы морали. (Решения Патентного ведомства и Апелляционного суда Великобритании по заявленному промышленному образцу) // Интеллектуальная собственность. - М., 1998. - № 2.
31. Мельников В.М. Иски о нарушении прав на промышленный образец // Патенты и лицензии. - М., 2002. - № 10.
32. Минаев А.А. Условия патентоспособности промышленных образцов в Европейском сообществе // Патенты и лицензии. - М., 2001. - № 4.
33. Минаев А.А. Эстетические и эргономические особенности промышленных образцов // Патенты и лицензии. - М., 2000. - № 4.
34. Мировые тенденции развития систем правовой охраны промышленных образцов / Лакомкина Т.Н.. - М.; ИНИЦ Роспатента, 2004.
35. О пошлинах, правилах составления, подачи и рассмотрения заявок на изобретение, промышленный образец и полезную модель // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2004. - № 5.
36. Пиленко А.А Право изобретателя. – М.: «Статут», 2001.
37. Поляков А., Сафронов А. Подача заявок на выдачу патента на изобретение, промышленный образец, свидетельства на промышленный образец // Интеллектуальная собственность. - М., 1999. - № 5.
38. Правовая охрана изобретений, промышленных образцов, полезных моделей в России и за рубежом / Гришаев С.П., Аленичев В.В.. - М.; ЮКИС, 1993.
39. Правовая охрана секретных изобретений, полезных моделей и промышленных образцов: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Хромушина Е.В.. - М., 2004.
40. Радченко Н.А., Селяков В.А. Промышленный образец или товарный знак: что предпочтительнее? // Патенты и лицензии. - М., 2001. - № 2.
41. Селяков В.А. Картографические изображения как промышленный образец // Патенты и лицензии. - М., 2003. - № 4.
42. Сеньковский В.В. Новизна промышленного образца и совокупность существенных признаков // Патенты и лицензии. - М., 2002. - № 11.
43. Совершенствование правовой охраны промышленных образцов в Российсикой Федерации: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Воронцов С.О.. - М., 2004.
44. Старобогатова В.А. Охрана эргономических особенностей промышленного образца // Патенты и лицензии. - М., 2004. - № 11.
45. Ханбеков Р.Р. Защита патентных прав юридических лиц на промышленные образцы в административном и судебном порядке // Юридические лица. Ответственность за нарушение обязательств. - М.; Изд-во ИГиП РАН, МЗ Пресс, 2004.
46. Ханбеков Р.Р. Понятие промышленного образца и критерии предоставления ему патентной охраны согласно измененному патентному закону РФ // Право: теория и практика. - М.; Тезарус, 2004. - № 4.
47. Цветкова Л. Промышленные образцы зарубежных стран // Интеллектуальная собственность. - М., 1998. - № 2.
 
[[1]] «Парижская конвенция по охране промышленной собственности» (Заключена в г. Париже 20.03.1883) (с изм. от 02.10.1979) // Парижская Конвенция по охране промышленной собственности. Публикация № 201(R).- Женева: Всемирная организация интеллектуальной собственности, 1990.
[[2]] Договор о патентной кооперации (Подписан в г. Вашингтоне 19.06.1970) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXXIV.- М., 1980. С. 55 - 89.
[[3]] WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999. P. 5 - 11.
[[4]] WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999. P. 13 - 29.
[[5]] WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999. P. 31 - 34.
[[6]] WIPO Publication N 262(E).- Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999. P. 35 - 45.
[[7]] Соглашение о правовой охране изобретений, промышленных, общеполезных образцов и товарных знаков при осуществлении экономического и научно-технического сотрудничества (Заключено в г. Москве 12.04.1973) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXIX.- М., 1975. С. 105 - 111.
[[8]] Локарнское соглашение, устанавливающее международную классификацию промышленных образцов (Заключено в г. Локарно 08.10.1968) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXVIII.- М., 1974. С. 206 - 213.
 
 
[[9]] Публикация ВОИС N 229(R).- Женева: Всемирная организация интеллектуальной собственности, 1999. С. 5 - 83.
[[10]] Патентный закон Российской Федерации от 23.09.1992 № 3517-1 (ред. от 07.02.2003) // Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 22.10.1992, № 42, ст. 2319.
[[11]] Василец А.К. Правовая охрана промышленных образцов в Российской Федерации // Современное право. - М.; Новый Индекс, 2000. - № 4. - с.27
[[12]] Алексеева О.Л. Эволюция законодательства России о промышленных образцах // Патенты и лицензии. - М., 2004. - № 12. - с.44-54
[[13]] Старобогатова В.А. Охрана эргономических особенностей промышленного образца // Патенты и лицензии. - М., 2004. - № 11. - с.9-11
[[14]] Алексеева О. Правовая охрана промышленных образцов в РФ: основные понятия, положения законодательства, источники права // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. - М., 2004. Заочный семинар. - № 9-10. - с.55-65
[[15]]Минаев А.А. Эстетические и эргономические особенности промышленных образцов // Патенты и лицензии. - М., 2000. - № 4. - с.17-19  
[[16]] Минаев А.А. Эстетические и эргономические особенности промышленных образцов // Патенты и лицензии. - М., 2000. - № 4. - с.17
[[17]] Зорин Н., Нестерчук Ю. Понятие и категории интеллектуальной собственности // Отечественные записки. № 1. 2005. С. 24.
[[18]] Пиленко А. Право изобретателя (привилегии на изобретения и их защита в русском и международном праве). Т. 1. СПб., 1902. С. 345.
[[19]] Зорин Н., Нестерчук Ю. Указ. соч. С. 25.
[[20]] Белов В. В. Интеллектуальная собственность. М., 1997. С. 11.
[[21]] Пиленко А.А Право изобретателя. – М.: «Статут», 2001.
[[22]] «Евразийская патентная конвенция» (Заключена в г. Москве 09.09.1994) // Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. 1994. № 2(15). С. 60 - 80.
[[23]] В. И. Еременко. / Европейская патентная конвенция (издание исправленное и дополненное) – М.: ИНИЦ.
[[24]] «Патентная Инструкция к Евразийской патентной конвенции» (Утверждена 01.12.1995).
[[25]] Сеньковский В.В. Новизна промышленного образца и совокупность существенных признаков // Патенты и лицензии. - М., 2002. - № 11. - с.17-19
[[26]] Лаврова Ю.В., Фелицына С.Б. Новый порядок охраны промышленных образцов в ЕС // Патенты и лицензии. - М., 2003. - № 6. - с.25-28
[[27]] Ханбеков Р.Р. Понятие промышленного образца и критерии предоставления ему патентной охраны согласно измененному патентному закону РФ // Право: теория и практика. - М.; Тезарус, 2004. - № 4. - с.13
[[28]] Минаев А.А. Условия патентоспособности промышленных образцов в Европейском сообществе // Патенты и лицензии. - М., 2001. - № 4. - с.27-28
[[29]] Лабзин М. О соотношении промышленного образца и произведения // Интеллектуальная собственность: Авторское право и смежные права. - М., 2005. - № 1. - с.42-45
[[30]] Минаев А.А. Условия патентоспособности промышленных образцов в Европейском сообществе // Патенты и лицензии. - М., 2001. - № 4. - с.27-28
[[31]] Фелицына С.Б., Лаврова Ю. В. Новый порядок защиты промышленных образцов в ЕС // Патенты и лицензии. 2003. № 6. С. 15.
[[32]] Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. 1994. № 2(15). С. 60 - 80.
 
[[33]] Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, № 25, ст. 2954.
[[34]] Кочои С., Савельев Д. Ответственность за неправомерный доступ к компьютерной информации // Российская юстиция. № 1, 1999. С. 51.
[[35]] Силонов И. Об авторском праве замолвите слово // Бизнес-адвокат. № 11. 1999. С. 11.
[[36]] Подробнее см.: Обухова Н. Правовая охрана промышленных образцов в США. - Интеллектуальная собственность. - 1995. - № 5-6. - С.40-44.
Методы оплаты